|
Словари :: Хрестоматия зарубежной литературы 20 век
| # | Автор | Произведение | Описание | | 1 | Абэ Кобо 1924-1993 | Женщина в песках Роман-притча (1963) | Однажды в августе человек отправляется в трехдневный отпуск, чтобы пополнить свою коллекцию насекомых редкими видами, которые водятся в песках. Он добирается на поезде до станции S, пересаживается на автобус и, сойдя на конечной остановке, идет дальше пешком. Он минует деревню и идет песчаной дорогой в сторону моря. Дорога становится все круче, и кругом уже не видно ничего, кроме песка. Человек размышляет о песке: интересуясь насекомыми, которые в нем водятся, он изучал и литературу о песке и убедился в том, что песок — очень интересное явление. Продолжая путь, он вдруг оказывается у края песчаной ямы, на дне которой стоит лачуга. Он видит старика и спрашивает его, где здесь можно переночевать. Старик, выяснив предварительно, что приезжий — учитель по профессии. а не инспектор из префектуры, приводит его к одной из ям. Мужчина спускается туда по веревочной лестнице. Его приветливо встречает молодая женщина — хозяйка убогой лачуги. Она кормит и поит гостя, но на вопрос, нельзя ли вымыться, отвечает, что воду привезут только послезавтра. Мужчина уверен, что послезавтра его уже здесь не будет. «Разве?» — удивляется женщина. Лачуга утопает в песке, песок проникает всюду, и женщина держит над головой мужчины бумажный зонт, когда тот ест, чтобы песок не попал в еду, но песок все равно чувствуется во рту, скрипит на зубах, пропитываясь потом, песок налипает на тело. Женщина рассказывает, что во время прошлогоднего тайфуна ее мужа и дочь засыпало песком, так что теперь она совсем одна. Ночами ей приходится отгребать песок, чтобы дом не засыпало. Наверху знают, что в ее доме появился мужчина: ей спускают на веревке еще одну лопату и бидоны. Мужчина все еще ничего не понимает...
Женщина собирает песок в бидоны, высыпает его около того места, где висит веревочная лестница, потом спускают корзины, и бидоны поднимаются вверх. Отгребать песок легче ночью, когда он влажный, днем он такой сухой, что сразу обваливается. Мужчина помогает женщине. Женщина объясняет мужчине, что песок не отдыхает и не дает отдыха. Мужчина возмущен: выходит, жители деревни живут только для того, чтобы отгребать песок. По его мнению, так жить нелепо, этот образ жизни, избранный добровольно, не вызывает в нем даже сочувствия. Он долго не в силах заснуть, думая о песке и слыша, как женщина продолжает отгребать его. Проснувшись, он обнаруживает, что женщина спит у очага совершенно обнаженная, обернув лицо полотенцем, чтобы защититься от песка.
Мужчина хочет незаметно уйти, но видит, что веревочная лестница исчезла: те, кто приходили ночью поднимать песок, унесли ее. Мужчина чувствует себя в ловушке. Ему кажется, что просто произошла какая-то ошибка.
Мужчина начинает копать, но песок тут же осыпается, мужчина продолжает копать — и внезапно вниз устремляется лавина песка, которая придавливает его. Он теряет сознание. Женщина ухаживает за ним: вероятно, он заболел оттого, что долго работал под прямыми солнечными лучами. Он находится в яме уже неделю, наверно, сослуживцы подали заявление о его розыске. Он представляет себе, как они обсуждают, куда он мог исчезнуть. Мужчина притворяется тяжело больным: он хочет, чтобы и женщина, и те, кто засадили его в эту яму, уверились, наконец, что он для них — не помощник, а обуза, и сами постарались от него избавиться. Он никак не может понять смысл жизни женщины. Он говорит ей о том, как приятно гулять, но она не видит в этом радости: «без дела ходить — только зря уставать...»
Мужчина решает сделать еще одну попытку выбраться из ямы. Ночью, когда женщина отгребает песок, он неожиданно набрасывается на нее и связывает. Когда приходят люди с корзинами и спускают в яму веревку, мужчина хватается за нее и требует, чтобы его подняли, если хотят помочь женщине. Они начинают поднимать его, но вскоре отпускают веревку, и он падает на дно ямы, а они тем временем выдергивают веревку у него из рук и уходят.
В яму спускают пакет с тремя пачками сигарет и бутыль с водкой. Мужчина надеется, что это залог скорого освобождения. Однако женщина объясняет ему, что всем мужчинам раз в неделю выдается табак и водка. Мужчина любопытствует, не забредали ли в деревню такие, как он, заблудившиеся на своем пути. Женщина рассказывает, что несколько человек случайно попали в деревню, один вскоре умер, другой живет до сих пор, сбежать никому не удалось. «Я стану первым!» — говорит мужчина. Заглянув в бак, мужчина видит, что кончилась вода. Он понимает: ее не привезли, чтобы сломить его сопротивление; мучения женщины никого не волнуют. Мужчина освобождает женщину от пут с условием, что без его разрешения она не возьмет в руки лопату.
Он хватает лопату и ударяет о стену: он хочет разрушить дом, чтобы смастерить из обломков лестницу. Видя, что стена гнилая (оказалось, что женщина была права, когда говорила, что песок гноит дерево), он решает использовать для этой цели не доски, а поперечные балки. Женщина повисает у него на руке и пытается вырвать лопату. Борьба за лопату оканчивается любовной сценой. Мужчина понимает:
вражда с женщиной бесполезна, он может добиться чего-либо только по-хорошему. Он просит ее связаться с теми, кто привозит воду, и сказать, чтобы им немедленно ее доставили. Женщина отвечает, что, как только они начнут работать, наверху об этом узнают — с пожарной вышки всегда кто-нибудь смотрит в бинокль, — и тогда им сразу привезут воду. Мужчина берется за лопату. Когда им спускают ведро с водой, он говорит старику, стоящему наверху, что его сослуживцы объявят розыск и тогда тем, кто насильно удерживает его здесь, не поздоровится. Но старик возражает, что раз его не нашли за десять дней, то не найдут и впредь. Мужчина обещает свою помощь в том, чтобы облегчить положение местных жителей, у него есть связи, и он может начать кампанию в прессе, но его слова не производят никакого впечатления, старик уходит, не дослушав.
В свободное время мужчина украдкой делает веревку. Закончив ее, он прикрепляет к ней вместо крюка ножницы и под вечер, когда женщина отсыпается перед ночной работой, забрасывает веревку на мешки, которые служат шкивом при спуске ведер с водой и подъеме корзин с песком. Ножницы впиваются в мешок, и мужчине удается выбраться из ямы. Это происходит на сорок шестой день его «заключения». Чтобы его не заметали с пожарной вышки, он решает спрятаться и подождать до захода солнца. Как только солнце зайдет, ему нужно быстро пройти через деревню — до того, как переносчики корзин с песком приступят к работе. Мужчина сбивается с дороги:
думая, что миновал деревню, он неожиданно обнаруживает ее перед собой. Он в страхе бежит через деревню. За ним мчатся собаки. Чтобы защититься от них, мужчина вертит над головой веревку с ножницами на конце и задевает случайно подвернувшихся детей.
В погоню за мужчиной устремляются жители деревни. Ноги его вдруг тяжелеют и начинают увязать в песке. Погрузившись в песок почти до бедер, он умоляет преследователей спасти его. Трое мужчин, прикрепив к подошвам доски, приближаются к нему и начинают откапывать вокруг него песок. Вытащив его, они водворяют его обратно в яму. Все, что было раньше, начинает казаться ему далеким прошлым.
Наступает октябрь. Женщина нижет бусы и копит деньги для первого взноса за приемник. Мужчина соорудил небольшой полог из полиэтилена, чтобы во время сна на них не сыпался песок, и придумал приспособление для варки рыбы в горячем песке. Он перестает читать газеты и вскоре забывает об их существовании. Женщина рассказывает, что жители деревни тайно продают песок на стройку за полцены. Мужчина возмущается: ведь когда фундамент или плотина развалятся, кому станет легче от того, что песок был дешевый или даже даровой. Он пробует договориться с переносчиками песка о прогулке, те взамен требуют, чтобы он у них на глазах занялся с женщиной любовью. Женщина отказывается делать это при свидетелях, но мужчине так хочется выбраться из ямы, что он набрасывается на нее и пытается изнасиловать. Женщина сопротивляется. Мужчина просит ее хотя бы притвориться, но она с неожиданной силой колотит его.
Мужчина замечает, что на дне бочонка, который он хотел использовать как приманку для ворон, скапливается вода. Он снова и снова размышляет о свойствах песка. После долгой жестокой зимы приходит весна, В доме появляется приемник. В конце марта женщина чувствует, что беременна, но через два месяца у нее случается выкидыш. Ее увозят в больницу. Веревка, на которой ее поднимают из ямы, остается висеть. Мужчина поднимается наверх, глядит вслед пикапу, увозящему женщину. Он замечает, что в яме в сделанном им устройстве для сборы воды отошла планка, и спешит спуститься, чтобы исправить поломку. Веревочная лестница в его распоряжении, так что нет нужды спешить с побегом.
Через семь лет после исчезновения мужчины появляется объявление о его розыске, а поскольку на него никто не откликается, еще через полгода суд издает постановление считать его умершим. | | 2 | Абэ Кобо 1924-1993 | Чужое лицо Роман-притча (1964) | Исследователь, заведующий лабораторией в институте высокомолекулярной химии, во время эксперимента обжег себе лицо жидким кислородом, отчего все его лицо покрылось рубцами. Раны никак не заживают, и он все время ходит с забинтованным лицом. Он размышляет о том, что отсутствие на лице кожи, которая является не более чем оболочкой, отгородило его от общества. Он чувствует себя потерявшим лицо и замечает, что лицо играет в жизни куда более важную роль, чем он предполагал: даже умиротворяющая музыка Баха кажется ему теперь не бальзамом, а комком глины. «Неужели изуродованное лицо способно влиять на восприятие музыки?» — сокрушается он. Герой размышляет, не потерял ли он еще чего-то вместе с лицом. Он вспоминает, как в детстве он стащил и бросил в огонь накладные волосы старшей сестры, казавшиеся ему чем-то непристойным, аморальным, а теперь бинты стали как бы его фальшивым лицом, лишенным выражения и индивидуальности.
Герой пытается восстановить физическую близость с женой, которая прервалась после несчастного случая, но делает это слишком резко, слишком грубо, и жена отталкивает его. Его связь с людьми нарушилась: прохожие вежливо отводят глаза от его лица, сослуживцы старательно делают вид, будто ничего не произошло, дети начинают плакать при взгляде на него. Герой хочет сделать маску, которая заменила бы ему лицо, восстановила бы его связь с людьми. Первым делом он встречается с К. — ученым, занимающимся изготовлением искусственных органов. К. демонстрирует ему искусственный палец, но лицо — другое дело. По мнению К., это не только косметическая проблема, но и проблема, связанная с профилактикой душевных Заболеваний.
К. во время войны был военным врачом и видел, что раненые прежде всего беспокоились не о том, будут ли они жить и будет ли их организм нормально функционировать, а о том, сохранится ли их первоначальный облик. Один солдат, у которого было изуродовано лицо, перед самой выпиской из госпиталя покончил с собой. Это убедило К, в том, что «серьезное наружное ранение лица, подобно переводной картинке, отпечатывается в виде душевной травмы».
К. готов заняться лицом героя и уверен, что сможет предложить ему нечто лучшее, чем бинты. Но герой отказывается. Он покупает искусственный палец и торопится поскорее уйти. Ночью, поставив искусственный палец на стол, точно свечку, герой обдумывает свой разговор с К, Если лицо — тропинка между людьми, значит, потеря лица навсегда замуровала героя в одиночной камере, и тогда идея маски сходна с планом побега из тюрьмы, где На карту поставлено существование человека. Герой действительно ищет путь к людям. Но ведь лицо не единственная тропинка. Научные труды героя по реологии читали люди, которые никогда его не видели, следовательно, научные труды также связывают людей между собой. Герой пытается понять, почему искусственный палец выглядит так отталкивающе. Вероятно, дело в ощущении кожи. Чтобы воспроизвести мельчайшие детали кожи, надо воспользоваться чьим-нибудь чужим лицом.
Герой встречается со школьным товарищем — специалистом в области палеонтологии. Тот объясняет герою, что даже опытный специалист может воссоздать лишь общее расположение мышц — ведь если бы скелет давал точное представление о внешнем облике человека, пластические операции были бы невозможны.
Герой обдумывает, какое лицо ему подойдет. Он ищет материал для гладкого эпителия, для кератинового сдоя эпидермы, для внутренних слоев кожи. Герой делает слепок своего лица из сурьмы — это внутренняя поверхность будущей маски. Теперь ему необходимо выбрать тип лица для наружной поверхности маски, что не так-то легко. Невозможность ни с кем разделить свое горе начинает превращать героя в чудовище. Если верно высказывание Карлейля, что сутана делает священника, то, быть может, верно и то, что лицо чудовища создает сердце чудовища.
Герой начинает любить темноту. Он идет в кино, чтобы побыть в темноте, случайно попадает на выставку масок театра «Но». Ему кажется, будто черты их лиц подвижны, но он понимает, что это обман зрения: на самом деле меняется не маска, а падающий на нее свет. Маски не имеют своего выражения, но тот, кто на них смотрит, видит на них некое выражение, каждый — свое. Все зависит от зрителя, от его выбора.
У героя возникает мысль выбрать тип лица с позиций близкого человека — жены. Герой говорит жене, что в кино зрители как бы берут напрокат у актеров лица и надевают их, и если лица актеров не нравятся, то фильм смотреть неинтересно. Жена отвечает, что больше любит фильмы, где нет актеров — документальные. Героя раздражает, что она все время уступает ему. Вернувшись к размышлениям о типе лица, он приходит к выводу, что, с точки зрения его жены, ему подходит «негармоничный, экстравертный тип». Лицо волевого, деятельного человека. Герой, с одной стороны, стремится восстановить тропинку, связывающую его с женой, с другой — стремится отомстить ей. Он чувствует себя охотником, чья стрела все время направлена на жену.
После долгих трудов маска наконец готова. Чтобы скрыть линию ее соединения с лицом, герой делает маске бороду. Ему не нравятся бороды — это выглядит претенциозно, но у него нет выхода. Герой надевает маску, но собственное лицо кажется ему неживым. Вероятно, дело в том, что маска неподвижна и потому лишена выражения. Герой решает снять комнату в доме S и там «приучить маску к морщинам», придать ей выражение.
Герой впервые выходит в маске на улицу. Его цель — привыкнуть к маске, поэтому ему все равно, куда идти. Он заходит в табачную лавку. Продавщица не обращает на него особого внимания, он для нее такой же, как другие. На следующий день герой просит управляющего сдать соседнюю комнату его младшему брату, чтобы иметь возможность приходить и уходить в маске, не привлекая внимания. К сожалению, комната уже сдана. Тогда герой говорит, что брат будет время от времени приходить и отдыхать в его комнате. Герой встречает во дворе дочку управляющего, которая заплакала, когда в первый раз увидела его забинтованное лицо. Девочка умственно отсталая, и герой заговаривает с ней. «Играем в секреты», — говорит ему девочка. Герой поражается, как точно соответствует эта случайная фраза тому, что с ним происходит. Он обещает девочке купить новую игрушку. Маска начинает казаться герою злым духом.
Остается один день до окончания его вымышленной командировки. Ему необходимо полностью освоиться с маской. Он идет в магазин, покупает для девочки обещанную игрушку. Хозяин магазина показывает ему духовой пистолет. Герой не хочет покупать его, но маска берет над ним верх, и он покупает оружие. Герой ощущает маску как нечто почти отдельное от себя, почти враждебное. Он хочет прийти к жене в маске под видом чужого человека и соблазнить ее. Подойдя к своему дому, не узнанный соседками герой рисует в своем воображении встречу жены с маской. Маска, которая должна была бы стать посредником между ним и женой, вызывает ревность героя. Герой чувствует, что между ним и его маской пролегает пропасть. Заглянув в окно своего дома, герой видит множество бинтов, свисающих с потолка лентами: ожидая его возвращения, жена выстирала старые бинты, которыми он обматывал лицо. Герой чувствует, что очень любит жену.
На следующий день герой к четырем часам приходит в маске на автобусную остановку, чтобы встретить жену, возвращающуюся с лекции по прикладному искусству. Когда она сходит с автобуса, герой заговаривает с ней. Он приглашает ее выпить кофе, потом пообедать. Она невозмутимо позволяет маске соблазнять ее, говорит, что ее муж в командировке, через несколько часов после знакомства она идет с героем в гостиницу и отдается ему. Герой испытывает чувство поражения. Он не понимает жену.
На следующий день, обмотав лицо бинтами, герой делает вид, будто возвращается из недельной командировки. Вначале он идет на работу, чтобы успокоиться и привыкнуть к своему облику в бинтах. Дома жена встречает его как ни в чем не бывало. Он поражается — он так отчаянно борется с раздвоением между лицом и маской, меж тем как жена его совершенно хладнокровно выдержала раздвоение, которое было для нее совершенно неожиданным, и не испытала ни тени стыда или раскаяния. После ужина герой, сославшись на незавершенный эксперимент, уходит из дома. Через какое-то время он звонит жене от имени маски. Она говорит, что муж вернулся, но вскоре ушел, и добавляет: «Жаль его очень».
Герой растерян, он никак не может разгадать свою жену. Подходя к своему убежищу в доме S, герой встречает девочку. Герой в смятении делает вид, что не понимает, о чем идет речь: ведь когда он обещал девочке игрушку, он был в маске. Но девочка говорит ему:
«Не волнуйтесь, ведь мы играем в секреты». Герой видит, что его маска не может обмануть даже слабоумную девочку, но успокаивает себя тем, что девочка, как и собака, доверяет не внешнему воду, а интуиции, именно поэтому ее труднее обмануть, чем взрослого мыслящего человека. Герой отдает девочке игрушку.
Надев маску, он идет на свидание с собственной женой. Вернувшись, он начинает писать записки, чтобы разрушить им же созданный треугольник. Он никак не может слиться с маской, поэтому воспринимает связь маски с женой как измену, как предательство. Это продолжается почти два месяца. Жена героя встречается с маской, а герой пишет записки, призванные все объяснить жене. Закончив записки, герой сообщает жене, как попасть в его убежище в доме S. Жена приходит туда и находит три тетради, где герой описал все свои мысли и чувства, — содержание этих тетрадей и является текстом романа. В заключение герой пишет жене, где лежит его маска, и говорит, что она может делать с ней все, что угодно.
На чистых страницах последней тетради герой делает записи для себя. Он описывает, как сидел дома и ждал, пока жена в доме S читает тетради с его записями. Он надеется, что разоблачение маски причинит боль жене, что ей станет стыдно. Ведь она своей «изменой» также ранила героя, значит, они квиты. Он считает, что любое решение лучше, чем подобный любовный треугольник. Не дождавшись жены, герой спешит к дому S. Жены там нет. Маска по-прежнему лежит в шкафу. На столе он обнаруживает письмо от жены. Она пишет, что с первой минуты обо всем догадалась. Но он, который поначалу стремился с помощью маски вернуть себя, с какого-то момента стал смотреть на маску как на шапку-невидимку, но не для того, чтобы скрыться от других, а для того, чтобы убежать от себя. Маска сделалась другим его лицом. Жена пишет, что маска не была плохой, просто он плохо знал, как с ней обращаться: в итоге маска ничего не изменила. Жена обвиняет героя в том, что он не желает знать никого, кроме себя, и считает его поведение издевательством над ней.
Прочитав письмо жены, герой пытается понять, в какой момент совершил ошибку. Два замечания жены ранили его больнее всего: во-первых, признание, что, разоблачив истинную сущность маски, она продолжала делать вид, будто ему удалось обмануть ее; во-вторых, упрек в том, что, несмотря на множество оправданий, он же подкрепил их ни одним настоящим действием, его только и хватило, что на эти записки, которые, в сущности, делают его похожим на змею, вцепившуюся в собственный хвост. Герой чувствует, что маска была не столько маской, сколько чем-то близким новому, настоящему лицу.Он решает дать маске еще один шанс. Надев маску и взяв духовой пистолет, герой чувствует, что настроение его сразу меняется. Прежде он чувствовал, что ему уже сорок лет, теперь же он чувствует, что ему всего сорок лет. Присущая маске самоуверенность дает себя знать. Герой пытается разыскать жену, но безуспешно. Из послушной, слабой, ослепленной ревностью маска превращается в дикого зверя, способного на все. Услышав постукивание каблучков, герой прячется за углом и спускает предохранитель пистолета. Он сам не знает, как поступит, — это решится в последнее мгновение, когда женщина окажется на расстоянии выстрела. Он ненавидит людей. Шаги все ближе. Последние его слова: «Больше никогда писать не смогу. Писать нужно, видимо, только тогда, когда ничего не случается». | | 3 | Абэ Кобо 1924-1993 | Человек-ящик Роман-притча (1973) | Человек-ящик, сидя в своем ящике, приступает к запискам о человеке-ящике. Он подробно описывает, какой ящик пригоден для человека-ящика, как его нужно оборудовать, чтобы в нем было удобно находиться в любую погоду, какие вещи необходимы человеку-ящику. Наиболее пригоден ящик из гофрированного картона. В ящике следует вырезать окошко и завесить его полиэтиленовой шторкой, разрезанной пополам: коротким движением головы вправо или влево края шторки чуть раздвигаются, и можно увидеть все, что делается вокруг. В момент, когда человек влезает в картонный ящик и выходит на улицу, исчезают и ящик, и человек, и появляется совершенно новое существо — человек-ящик.
У каждого человека-ящика своя история. Вот история А. Под его окнами поселился человек-ящик. Его присутствие очень раздражало А., и, чтобы человек-ящик убрался, А. выстрелил в него из духового ружья. Человек-ящик ушел, и А. начал забывать о нем. Но вот однажды А. купил новый холодильник. Когда он вынул его из ящика, ему неудержимо захотелось залезть в ящик самому. Каждый день, вернувшись с работы, он некоторое время проводил в ящике от холодильника, а через неделю сроднился с ним настолько, что уже не захотел вылезать из него. Надев на себя ящик, А. вышел на улицу и домой уже не вернулся.Человек-ящик, делающий записи, пишет то от своего лица, то от чужого, его повествование то монологично, то диалогично, и часто невозможно понять, где речь идет о людях, являющихся плодом его фантазии, а где — о других героях повествования, и даже неясно, есть ли таковые, настолько причудлив этот поток сознания и повествования.
Человек-ящик сидит на берегу канала под мостом, по которому проходит автострада, и ждет девушку, которая обещала купить его ящик за пятьдесят тысяч иен. Несколько дней назад человек-ящик мочился, стоя у забора своего завода. Вдруг он услышал щелчок и почувствовал острую боль в плече. Будучи профессиональным фоторепортером, он успел сфотографировать мужчину, который, выстрелив в него из духового ружья, бросился бежать. Из раны человека-ящика текла кровь. Неожиданно на велосипеде подъехала девушка, которая сказала, что близко, на горе, есть клиника, и просунула в окошко ящика три тысячи иен, чтобы человеку-ящику было чем заплатить за лечение.
Когда человек-ящик пришел в клинику, оказалось, что стрелявший мужчина — врач этой клиники, а девушка — медсестра. Пока человек-ящик находился в клинике, девушка ласково улыбалась ему и с интересом слушала небылицы, которые он ей рассказывал. В какой-то момент человек-ящик пообещал достать для девушки ящик за пятьдесят тысяч иен. Покинув клинику, человек-ящик почувствовал себя плохо и его долго рвало. Он подозревает, что его без его ведома накачали наркотиками. Он долго ждет, наконец девушка приходит и бросает с моста пятьдесят тысяч иен и письмо, где просит его до того, как наступит отлив, разорвать ящик и бросить его в море. Человек-ящик размышляет об истинных намерениях девушки. Он не хочет возвращаться в прежний мир, он был бы рад покинуть ящик только в том случае, если бы смог, как насекомое, с которым произошла метаморфоза, сбросить свою оболочку в другом мире. Втайне он надеется, что встреча с девушкой даст ему такую возможность и из личинки человека-ящика появится новое, неведомое существо.
Человек-ящик решает поговорить с девушкой, вернуть ей деньги и аннулировать договор. Подойдя к клинике, он с помощью автомобильного зеркала наблюдает за тем, что происходит в одной из комнат. Там девушка разговаривает с другим человеком-ящиком, двойником пишущего. Этот второй человек-ящик, несомненно, врач, он лжечеловек-ящик. Вначале человеку-ящику кажется, будто он уже где-то видел эту сцену, даже был ее участником, затем он приходит к выводу, что это не воспоминание, а мечта. Он с наслаждением смотрит на обнаженную девушку. Он вспоминает ее рассказ о себе. Она была. бедной студенткой-художницей и зарабатывала на жизнь позированием. Два года назад ей делали в этой клинике аборт, и, не имея средств оплатить лечение, она осталась в ней работать медсестрой. Больше всего ей была. по душе работа натурщицы, и, если бы врач не был против, она продолжала бы позировать и сейчас. Человек-ящик ревнует к своему двойнику. Человек-ящик уверен, что вылезти из ящика ничего не стоит, но он считает, что раз так, то нечего и вылезать попусту, но все же ему очень хотелось бы протянуть кому-нибудь руку.
Человек-ящик на пустом пляже приводит себя в порядок, готовясь навсегда покинуть ящик. Он видит впереди выход из туннеля:
«Если ящик — передвигающийся тоннель, то обнаженная — ослепительный свет у выхода из него». Он собирается прийти в клинику к восьми часам. Прием начинается в десять, так что у него будет достаточно времени, чтобы объяснить все девушке, а если понадобится, и врачу лжечеловеку-ящику. Человек-ящик воображает свою беседу с девушкой. Он поведал бы ей, что раньше внимательно следил за всеми новостями, он выписывал множество газет, установил два телевизора и три радиоприемника. Но однажды он увидел на улице мертвого человека. Как профессиональный репортер, он хотел его сфотографировать, но передумал, потому что понял: этот случай вряд ли годится для новостей. Ведь люди слушают новости лишь для того, чтобы успокоиться. Какую бы потрясающую новость ни сообщили человеку, раз он слушает ее — значит, он жив. С тех пор человек-ящик перестал следить за новостями. Среди людей, не интересующихся новостями, не бывает злодеев, считает он.
Лжечеловек-ящик так похож на человека-ящика, что человеку-ящику кажется, будто тот, кто смотрит, — он, и тот, на кого смотрят, — тоже он. Лжечеловек-ящик предлагает человеку-ящику делать все, что тот захочет, например вступить с девушкой в любые отношения при условии, что лжечеловек-ящик сможет все время наблюдать за ними: ведь, пребывая в ящике, он никому не причинит вреда и его можно спокойно игнорировать. Человек-ящик сам привык подсматривать, но отнюдь не готов к тому, чтобы подсматривали за ним. Лжечеловек-ящик упрекает его в том, что на самом деле тот не собирается расставаться с ящиком, и, несмотря на уверения, что с ящиком покончено, пишет свои записки, находясь в ящике. Человеку-ящику приходится признать, что его собеседник — плод его фантазии. В реальности существует лишь один человек, пишущий эти записки. И поскольку этот человек отчаянно цепляется за свой ящик, он намерен бесконечно писать свои записки. Человек-ящик говорит своему собеседнику, что, когда он разделается со своим ящиком, исчезнут и эти записки, а вместе с ними и его собеседник — лжечеловек-ящик, он же врач.
Собеседник ловит человека-ящика на противоречии: человек-ящик утверждает, что писал всего один час тридцать четыре минуты, меж тем записки занимают пятьдесят девять страниц, поэтому лжечеловек-ящик считает себя вправе предположить, что автор записок — не человек-ящик, а кто-то другой, и пишет он их в другом месте. Например, автором записок может быть лжечеловек-ящик, который пишет, представляя себе человека-ящика, который в свой черед пишет, представляя себе лжечеловека-ящика. Автор записок замечает, что, независимо от того, кто пишет, рассказ движется крайне бестолково.
С. дает письменные показания. Он родился 7 марта 1926 г. Он служил в армии санитаром под командой военного врача и сначала помогал ему, а потом стал под его руководством и с его ведома сам заниматься врачебной практикой. После войны С. под именем этого врача с ведома последнего продолжал самостоятельно заниматься врачебной практикой. С. до прошлого года жил в незарегистрированном браке с N., бывшей законной супругой военного врача, которая в качестве медицинской сестры помогала С. в работе. Но когда год назад С. нанял медсестру-практикантку ёко Тояма, N. рассталась с ним. Во время войны военный врач тяжело заболел, и С. по его просьбе стал делать ему уколы морфия. В результате военный врач стал наркоманом.
После войны он держал при себе С., потому что не мог обойтись без его помощи. Но постепенно психическое состояние военного врача стало ухудшаться, наконец у него появляется желание покончить с собой. С. умолял военного врача отказаться от самоубийства хотя бы временно, но военный врач взамен требует, чтобы ему увеличили дозу наркотика и разрешили любоваться наготой новенькой медсестры. По предложению жены военного врача С. превратился в военного врача и зарегистрировал клинику на себя, а военный врач прекратил всякие сношения с внешним миром. С. предполагает, что военный врач убедил себя, что вместе со .своим именем, происхождением, правами передал С. и всего себя как личность, а сам превратился в ничто. С. не знает причины, по которой военный врач облачился в картонный ящик. Вероятно, он сделал это по примеру бродяги, который слонялся по городу в течение нескольких месяцев. Но, может быть, этот бродяга и был военный врач, который, выходя из дому, надевал на себя ящик. Во всяком случае, некоторые люди видели, как человек-ящик выходил из клиники и входил в нее.
Когда на берег приморского бульвара Т. был выброшен труп человека-ящика, на нем были обнаружены следы многочисленных уколов, что навело на подозрения о связи человека-ящика с клиникой и в результате позволило опознать труп.
Некто, судя по всему военный врач, пишет, обращаясь к своему сообщнику, который должен помочь ему покончить счеты с жизнью и выдать его за утопленника. С. не прислал к нему девушку, чья нагота — необходимое условие самоубийства, из чего автор записок делает вывод, что его час пробил. С. делает ему два укола морфия, потом умерщвляет его, а когда он умирает, вливает ему в рот воду из канистры, чтобы выдать его за утопленника. Записки обрываются на полуслове. В последней вставке в рукопись автор говорит, что хочет предстать в своем истинном обличье и честно рассказать, в чем заключается его истинная цель. Во всем, что было написано до сих пор, нет ни капли лжи, ибо это только плод воображения. Наиболее быстрый способ приблизиться к истине — не выяснять, кто настоящий человек-ящик, а установить, кто ненастоящий.
Человек-ящик добрался, наконец, до клиники. На запертых дверях висит табличка, что приема нет. Он нажимает на кнопку звонка, и женщина впускает его в здание. Человек-ящик подозревает, что она приняла его за лжечеловека-ящика (или лжеврача), и начинает объяснять ей, что он настоящий человек-ящик, тот, который накануне вечером ждал ее под мостом, бывший фоторепортер. Женщина требует, чтобы он немедленно снял ящик. Человек-ящик объясняет ей, что он голый — мальчишки утащили его брюки, пока он спал. Чтобы он не так смущался, женщина тоже раздевается догола. Человек вылезает из ящика и обнимает женщину. Он признается ей, что был ненастоящим человеком-ящиком, а вот записки — настоящие, они достались ему от настоящего человека-ящика после его смерти. Около двух месяцев два обнаженных человека живут вместе, стараясь быть как можно ближе друг к Другу. Но наступает день, когда женщина одевается и молча смотрит на своего сожителя. Теперь его нагота начинает выглядеть бесконечно жалкой, и он снова заползает в свой ящик. Вместо того чтобы вылезать из ящика, он предпочитает запереть в него весь мир. «Как раз сейчас мир должен закрыть глаза. И он станет таким, каким я представляю его себе», — размышляет человек-ящик. Выключив свет и сняв ящик, он обнаженный входит в комнату женщины, но пространство, которое всегда было комнатой, превращается вдруг в переулок возле какого-то вокзала. Он ищет женщину, но безуспешно.
Человек-ящик делает важное добавление к описанию устройства ящика: надо непременно оставить в нем достаточно свободного места для записей. Дело в том, что ящик изнутри представляет собой чрезвычайно запутанное пространство, и несомненно, что где-то в этом лабиринте исчезает и женщина. Она не убежала, она просто не в силах отыскать место, где сейчас находится человек-ящик. Когда много путеводных нитей, существует столько правд, сколько этих нитей.
Слышится сирена «скорой помощи». | | 4 | Август Стриндберг (August Strindberg) 1849—1912 | Пляска смерти (Dodsdansen) Драма (1901) | Капитан артиллерии и его жена Алис, бывшая актриса, живут в крепости, стоящей на острове. Осень. Они сидят в гостиной, расположенной в крепостной башне, и говорят о предстоящей серебряной свадьбе. Капитан считает, что ее надо непременно отметить, меж тем как Алис предпочитала бы скрыть от чужих глаз их семейный ад. Капитан примирительно замечает, что в их жизни были и хорошие минуты и о них не следует забывать, ведь жизнь коротка, а потом — конец всему: «Только и останется, что вывезти на тачке и унавозить огород!» — «Столько суеты из-за огорода!» — язвительно отвечает Алис. Супругам скучно; не зная, чем заняться, они садятся играть в карты. В этот вечер все собрались на званый вечер к доктору, но Капитан с ним не в ладах, как и со всеми остальными, поэтому они с Алис дома. Алис переживает, что из-за тяжелого характера Капитана их дети растут без общества. Кузен Алис Курт после пятнадцатилетнего отсутствия прибыл из Америки и получил назначение на остров в качестве начальника карантина. Он приехал утром, но еще не появлялся у них. Они предполагают, что Курт отправился к доктору. Слышен стук телеграфного аппарата: это Юдифь, дочь Капитана и Алис, сообщает им из города, что не ходит в школу, и просит денег. Капитан зевает: он и Алис каждый день говорят одно и то же, ему это наскучило. Обычно на замечание жены о том, что дети всегда поступают по-своему в этом доме, он отвечает, что это не только его дом, но и ее, а поскольку он уже отвечал ей так раз пятьсот, то теперь он просто зевнул.
Служанка докладывает, что пришел Курт. Капитан и Алис радуются его приходу. Рассказывая о себе, они стараются смягчить краски, сделать вид, что живут счастливо, но не могут долго притворяться и вскоре снова начинают браниться. Курт чувствует, что стены их дома словно источают яд и ненависть сгустилась так, что трудно дышать. Капитан уходит проверить посты. Оставшись с Куртом наедине, Алис жалуется ему на жизнь, на тирана-мужа, который ни с кем не может поладить; даже прислуга у них не удерживается, и по большей части Алис приходится самой заниматься хозяйством. Капитан настраивает детей против Алис, поэтому теперь дети живут отдельно, в городе. Приглашая Курта остаться на ужин, Алис была уверена, что в доме есть еда, а оказалось, что нет даже корки хлеба. Капитан возвращается. Он сразу догадывается, что Алис успела нажаловаться на него Курту. Неожиданно Капитан теряет сознание. Придя в себя, он вскоре снова падает в обморок. Курт пытается вызвать врача. Очнувшись, Капитан обсуждает с Алис, все ли супружеские пары так же несчастны, как они. Порывшись в памяти, они не могут вспомнить ни одной счастливой семьи. Видя, что Курт не возвращается. Капитан решает, что и он от них отвернулся, и сразу начинает говорить про него гадости.
Вскоре приходит Курт, который выяснил у врача, что у Капитана склероз сердца и ему надо беречь себя, иначе он может умереть. Капитана укладывают спать, и Курт остается у его постели. Алис очень благодарна Курту за то, что он желает добра им обоим. Когда Алис уходит. Капитан просит Курта позаботиться о его детях, если он умрет. Капитан не верит в ад. Курт удивляется: ведь Капитан живет в самом пекле. Капитан возражает: это всего лишь метафора. Курт отвечает: «Свой ад ты изобразил с такой достоверностью, что тут и речи быть не может о метафорах — ни о поэтических, ни о каких-либо еще!» Капитан не хочет умирать. Он рассуждает о религии и вконце концов утешается мыслью о бессмертии души. Капитан засыпает. В разговоре с Алис Курт обвиняет Капитана в высокомерии, ибо тот рассуждает по принципу: «Я существую, следовательно. Бог есть». Алис рассказывает Курту, что у Капитана была тяжелая жизнь, ему пришлось рано начать работать, чтобы помогать семье. Алис говорит, что в юности восхищалась Капитаном и одновременно была от него в ужасе. Снова заговорив о недостатках Капитана, она уже не может остановиться. Курт напоминает ей, что они собирались говорить о Капитане только хорошее. «После его смерти», — отвечает Алис, Когда Капитан просыпается, Курт уговаривает его написать завещание, чтобы после его смерти Алис не осталась без средств к существованию, но Капитан не соглашается. Полковник по просьбе Алис предоставляет Капитану отпуск, но Капитан не хочет признавать себя больным и не желает идти в отпуск. Он отправляется на батарею. Курт рассказывает Алис, что Капитан, когда ему казалось, что жизнь покидает его, стал цепляться за жизнь Курта, принялся расспрашивать о его делах, словно хотел влезть в него и жить его жизнью. Алис предупреждает Курта, чтобы он ни в коем случае не подпускал Капитана к своей семье, не знакомил со своими детьми, иначе Капитан отнимет их и отдалит от него. Она рассказывает Курту, что именно Капитан устроил так, что Курта при разводе лишили детей, а теперь регулярно бранит Курта за то, что тот якобы бросил своих детей. Курт поражен: ведь ночью, думая, что умирает, Капитан просил его позаботиться о его детях. Курт обещал и не собирается вымещать свою обиду на детях. Алис считает, что сдержать слово и есть лучший способ отомстить Капитану, который ненавидит благородство больше всего на свете.
Побывав в городе. Капитан возвращается в крепость и рассказывает, что врач не нашел у него ничего серьезного и сказал, что он проживет еще лет двадцать, если будет следить за собой. Кроме того, он сообщает, что сын Курта получил назначение в крепость и скоро прибудет на остров. Курта эта весть не радует, но Капитана не интересует его мнение. И еще: Капитан подал в городской суд заявление о разводе, ибо намерен связать свою жизнь с другой женщиной. В ответ Алис говорит, что может обвинить Капитана в покушении на ее жизнь: однажды он столкнул ее в море. Это видела их дочь Юдифь, но поскольку она всегда на стороне отца, то не станет свидетельствовать против него. Алис чувствует свое бессилие. Курт проникается состраданием к ней. Он готов начать борьбу с Капитаном. Курт приехал на остров, не тая злобы в душе, он простил Капитану все его прежние грехи, даже то, что Капитан разлучил его с детьми, но сейчас, когда Капитан хочет отнять у него сына, Курт решает погубить Капитана. Алис предлагает ему свою помощь: ей кое-что из" вестно о темных делах Капитана и штык-юнкера, совершивших растрату. Алис радуется, предвкушая победу. Она вспоминает, как в юности Курт был к ней неравнодушен, и пытается его соблазнить. Курт бросается к ней, сжимает ее в объятиях и впивается зубами ей в шею так, что она вскрикивает.
Алис радуется, что нашла шестерых свидетелей, готовых дать показания против Капитана. Курту становится жаль его, но Алис бранит Курта за малодушие. Курту кажется, будто он попал в ад. Капитан хочет поговорить с Куртом с глазу на глаз. Он признается, что врач на самом деле сказал ему, что он долго не протянет. Все, что он говорит о разводе и назначении сына Курта в крепость, тоже неправда, и он просит у Курта прощения. Курт спрашивает, почему Капитан столкнул Алис в море. Капитан и сам не знает: Алис стояла на пирсе, и ему вдруг представилось совершенно естественным столкнуть ее вниз. Ее месть тоже кажется ему совершенно естественной: с тех пор как Капитан заглянул смерти в глаза, он обрел циничное смирение. Он спрашивает Курта, кто, по его мнению, прав: он или Алис. Курт никого из них не признает правым и сочувствует им обоим. Они пожимают друг другу руки. Входит Алис. Она спрашивает Капитана, как себя чувствует его новая супруга, и говорит, целуя Курта, что ее любовник чувствует себя прекрасно. Капитан обнажает саблю и бросается на Алис, рубя направо и налево, но его удары приходятся по мебели. Алис зовет на помощь, но Курт не двигается е места. Проклиная их обоих, он уходит. Алис называет Курта подлецом и лицемером. Капитан говорит ей, что его слова о том, что он проживет еще двадцать лет и все остальное, что он сказал, приехав из города, тоже неправда. Алис в отчаянии: ведь она сделала все, чтобы засадить Капитана в тюрьму, и за ним вот-вот придут. Если бы ей удалось спасти его от тюрьмы, она бы преданно ухаживала за ним, полюбила бы его. Стучит телеграфный аппарат: все обошлось. Алис и Капитан радуются: они уже достаточно помучили друг друга, теперь они будут жить мирно. Капитан знает, что Алис пыталась погубить его, но он перечеркнул это и готов идти дальше. Они с Алис решают пышно отметить свою серебряную свадьбу.Сын Курта Аллан сидит в богато убранной гостиной дома своего отца и решает задачи. Юдифь, дочь Капитана и Алис, зовет его играть в теннис, но юноша отказывается, Аллан явно влюблен в Юдифь, а она кокетничает с ним и старается его помучить.
Алис подозревает, что Капитан что-то замыслил, но она никак не может понять что. Один раз она забылась, увидев в Курте избавителя, но потом опомнилась и считает, что можно забыть «то, чего никогда не было». Она боится мести мужа. Курт уверяет ее, что Капитан — безобидный пентюх, неизменно выказывающий ему свое расположение. Курту нечего опасаться — ведь он хорошо справляется со своими обязанностями начальника карантина и в остальном ведет себя как положено. Но Алис говорит, что напрасно он верит в справедливость. У Курта есть тайна — он собирается баллотироваться в риксдаг. Алис подозревает, что Капитан узнал об этом и хочет выставить свою кандидатуру.
Алис беседует с Алланом. Она говорит юноше, что он напрасно ревнует к Лейтенанту: Юдифь вовсе не влюблена в него. Она хочет выйти замуж за старика полковника. Алис просит дочь не мучить юношу, но Юдифь не понимает, почему Аллан страдает: ведь она же не страдает. Капитан возвращается из города. На груди у него два ордена: один он получил, когда вышел в отставку, второй — когда воспользовался знаниями Курта и написал статьи о карантинных постах в португальских портах. Капитан объявляет, что содовая фабрика разорилась. Сам он успел вовремя продать свои акции, а для Курта это означает полное разорение: он теряет и дом, и мебель. Ему теперь не по карману оставлять Аллана в артиллерии, и Капитан советует ему перевести сына в Норрланд, в пехоту, и обещает свою помощь. Капитан протягивает Алис письмо, которое она отнесла на почту: он проверяет всю ее корреспонденцию и пресекает все ее попытки «разрушить семейные узы». Узнав, что Аллан уезжает, Юдифь огорчается, она вдруг понимает, что такое страдание, и осознает, что любит Аллана. Капитан назначен инспектором по карантину. Поскольку деньги на отъезд Аллана были собраны по подписным листам, провал Курта на выборах в риксдаг неминуем. Дом Курта переходит к Капитану. Таким образом, Капитан отнял у Курта все. «Но этот людоед оставил нетронутой мою душу», — говорит Курт Алис. Капитан получает телеграмму от полковника, за которого хотел выдать замуж Юдифь. Девушка позвонила полковнику и наговорила дерзостей, поэтому полковник порывает отношения с Капитаном. Капитан думает, что дело не обошлось без вмешательства Алис, и обнажает саблю, но падает, настигнутый апоплексическим ударом. Он жалобно просит Алис не сердиться на него, а Курта — позаботиться о его детях. Алис радуется тому, что Капитан при смерти. Юдифь думает только об Аллане и не обращает внимания на умирающего отца. Курт жалеет его. В миг смерти рядом с Капитаном оказывается только Лейтенант. Он говорит, что перед смертью Капитан сказал: «Прости им, ибо не ведают, что творят». Алис и Курт рассуждают о том, что, несмотря ни на что. Капитан был хороший и благородный человек. Алис понимает, что не только ненавидела, но и любила этого человека. | | 5 | Август Стриндберг (August Strindberg) 1849—1912 | Игра снов (Ett dromspel) Драма (1902) | Автор напоминает, что стремился подражать бессвязной, но кажущейся логичной форме сновидения. Времени и пространства не существует, цепляясь за крохотную основу реальности, воображение прядет свою пряжу. Герои расщепляются, испаряются, уплотняются, сливаются воедино. Превыше всего — сознание сновидца.
В прологе Дочь Индры спускается на облаке на Землю. Индра посылает ее узнать, действительно ли участь людей так тяжела. Дочь Индры чувствует, как пагубен воздух внизу: это смесь дыма и воды. Индра призывает ее исполниться мужества и перенести это испытание.
Дочь и Стекольщик подходят к замку, который растет прямо из земли. Его крыша увенчана бутоном, который, по мнению Дочери, вот-вот распустится. Дочь думает, что в замке томится узник, и хочет освободить его. Войдя в замок, она освобождает Офицера, который видит в ней воплощение красоты и готов страдать, лишь бы ему видеть ее. Офицер и Дочь заглядывают за ширму-перегородку и видят больную Мать, которая говорит Офицеру, что Дочь — Агнес, дитя Индры. Перед смертью Мать просит Офицера никогда не перечить Богу и не считать себя обиженным жизнью. Мать хочет дать служанке мантилью, которую ей подарил Отец: служанке не в чем пойти на крестины, а Мать так больна, что все равно никуда не ходит. Отец обижается, и Мать огорчается: невозможно сделать добро одному человеку, не причинив зло другому. Дочери жалко людей. Офицер с Дочерью видят Привратницу в шали, которая вяжет крючком звездное покрывало, ожидая жениха, который покинул ее тридцать лет назад, когда она была балериной в театре. Дочь просит Привратницу одолжить ей шаль и разрешить посидеть на ее месте и посмотреть на детей человеческих. Дочь видит, как рыдает актриса, не получившая ангажемент. Привратница показывает ей, как выглядит счастливый человек: Офицер с букетом ждет свою возлюбленную — Викторию, которая обещала ему свою руку и сердце. Он уже семь лет ухаживает за ней и вот сейчас ждет, чтобы она спустилась вниз, но она все не идет. Наступает вечер, розы завяли, но Виктория не пришла. Офицер поседел, наступила осень, но он все так же ждет возлюбленную. Офицер пытается выяснить, что находится за закрытой дверью, но никто не знает. Он посылает за кузнецом, чтобы ее открыть, но вместо кузнеца приходит Стекольщик. Как только Стекольщик подходит к двери, появляется Полицейский и именем закона запрещает ее открывать. Офицер не сдается и решает обратиться к Адвокату. Адвокат жалуется, что никогда не видит счастливых людей: все приходят к нему, чтобы излить злобу, зависть, подозрения. Дочь жалеет людей. Адвокат надеется получить степень доктора юриспруденции и лавровый венок, но ему отказывают. Дочь, видя его страдания и стремление восстановить справедливость, возлагает ему на голову терновый венец. Дочь спрашивает Адвоката, есть ли в мире радости? Он отвечает, что самая сладостная и самая горькая радость — любовь. Дочь хочет испытать ее и становится женой Адвоката, несмотря на то что он беден: если они падут духом, появится ребенок и подарит им утешение.
Кристин заклеивает окна в доме. Дочь жалуется, что ей очень душно. Адвокат возражает, что, если не заклеить окна, тепло уйдет и они замерзнут. Ребенок своим плачем распугивает клиентов. Хорошо бы снять квартиру побольше, но нет денег. Дочь не привыкла жить в грязи, но ни ей, ни Адвокату мыть пол не под силу, а Кристин занята заклеиванием окон. Адвокат замечает, что многие живут еще хуже. Узнав, что Дочь развела огонь его газетой, Адвокат бранит ее за безалаберность. Хотя они не ладят, им приходится терпеть друг друга ради ребенка. Дочь жалеет людей. Кристин продолжает заклеивать щели в доме. Адвокат выходит, столкнувшись в дверях с Офицером, который пришел звать Дочь с собой в Бухту Красоты. Но вместо Бухты Красоты Офицер и Дочь попадают в Пролив Стыда. Начальник карантина спрашивает Офицера, удалось ли открыть дверь. Офицер отвечает, что нет, потому что судебное разбирательство еще не закончено. Начальник карантина обращает внимание Дочери на Поэта, который идет принимать грязевую ванну: он все время витает в высших сферах, поэтому скучает по грязи. Вдали виден белый парусник, плывущий в Бухту Красоты. У руля сидят обнявшись Он и Она. Офицер заставляет их повернуть в Пролив Стыда. Он и Она сходят на берег, печальные и пристыженные. Они не понимают, за что они сюда попали, но Начальник карантина объясняет им, что не обязательно делать что-либо дурное, чтобы навлечь на себя мелкие неприятности. Теперь им предстоит пробыть здесь сорок дней. Дочь жалеет людей.
В Бухте Красоты царит веселье, все танцуют. Только Эдит сидит в отдалении и грустит: она нехороша собой и ее никто не приглашает танцевать.
Учитель проверяет знания Офицера, но тот никак не может ответить, сколько будет дважды два. Хотя Офицеру присудили докторскую степень, он должен оставаться в школе, пока не созреет. Офицер понимает и сам, что еще не созрел. Он спрашивает Учителя, что такое время. Учитель отвечает, что время есть то, что бежит, пока он говорит. Один из учеников встает и убегает, пока Учитель говорит, выходит, он и есть время? Учитель считает, что это совершенно правильно по законам логики, хотя и безумно.
Офицер показывает Дочери человека, которому все завидуют, ибо он самый богатый человек в этих местах. Но он тоже ропщет: он слеп и не видит даже своего сына, которого пришел проводить. Слепец рассуждает о том, что жизнь состоит из встреч и расставаний: он встретил женщину, мать своего сына, но она его покинула. У него остался сын, но теперь и он его покидает. Дочь утешает Слепца, говоря, что его сын вернется.
Адвокат говорит Дочери, что теперь она почти все видела, кроме самого ужасного. Самое ужасное — это вечное повторение и возвращение. Он призывает Дочь вернуться к своим обязанностям. Обязанности — это все, что она не хочет, но должна делать. Дочь спрашивает, не существует ли приятных обязанностей? Адвокат объясняет, что обязанности становятся приятными, когда выполнены.Дочь понимает, что обязанности — это все, что неприятно, и хочет узнать, что же тогда приятное. Адвокат объясняет ей, что приятное — это грех, но грех наказуем, и после приятно проведенного дня или вечера человек мучается угрызениями совести. Дочь вздыхает: нелегко быть человеком. Она хочет обратно на небеса, но прежде необходимо открыть дверь и узнать тайну. Адвокат говорит, что ей придется вернуться в прежнюю колею, пройти весь путь назад и пережить заново весь кошмарный процесс повторения, воссоздания, перепевы, повторы... Дочь готова, но сначала она хочет удалиться в пустынный край, дабы обрести себя. Она слышит громкие стоны горемык из Пролива Стыда и хочет освободить их. Адвокат рассказывает, что однажды явился освободитель, но праведники распяли его на кресте. Дочь попадает на берег Средиземного моря. Она думает, что это рай, но видит двух угольщиков, которые возят уголь в страшную жару и не имеют права ни искупаться, ни сорвать с дерева апельсин. угольщики объясняют ей, что каждый человек хоть однажды совершил дурной поступок, но одни были наказаны и теперь в поте лица возят уголь целыми днями, а другие не были наказаны и сидят в казино и уплетают обед из восьми блюд. Дочь удивляется, что люди ничего не делают, чтобы облегчить свое положение. Адвокат говорит, что те, кто пытается что-то предпринять, попадают либо в тюрьму, либо в сумасшедший дом. Место, которое показалось Дочери раем, на деле оказывается настоящим адом.
Дочь приводит Поэта на край света в пещеру, которую называют ухом Индры, ибо здесь небесный властитель слушает жадобы смертных. Дочь рассказывает Поэту, о чем стонет ветер, о чем поют волны. Поэт находит обломки кораблей, в том числе и того, который отплыл из Бухты Красоты. Дочери кажется, что и Бухта Красоты, и Пролив Стыда, и «растущий замок», и Офицер ей приснились. Поэт говорит, что он сочинил все это. Поэзия — не действительность, а больше, чем действительность, не сон, а сон наяву. Дочь чувствует, что слишком долго пробыла внизу, на земле, мысли ее уже не могут взлететь. Она просит помощи у своего Небесного отца. Поэт просит Дочь Индры передать Властителю мира прошение человечества, сочиненное мечтателем. Он вручает Дочери свиток со своей поэмой. Поэт замечает вдали у рифов корабль. Его команда молит о помощи, но, увидев Спасителя, моряки в страхе прыгают за борт. Дочь не уверена, что перед ними действительно корабль, ей кажется, что это двухэтажный дом, а рядом с ним — телефонная башня, доходящая до облаков. Поэт видит заснеженную пустошь, учебный плац, по которому марширует взвод солдат. На пустошь, закрывая солнце, опускается туча. Все исчезает. Влага тучи погасила огонь солнца. Солнечный свет создал тень башни, а тень тучи задушила тень башни.
Дочь просит Привратницу позвать Деканов четырех факультетов:
сейчас будут открывать дверь, за которой — разгадка тайны мира. Появляется сияющий от радости Офицер с букетом роз: его возлюбленная — Виктория вот-вот спустится вниз. И Поэту, и Дочери кажется, будто они все это где-то уже видели: то ли это приснилось Поэту, то ли он это сочинил. Дочь вспоминает, что они уже произносили эти слова где-то в другом месте. Поэт обещает, что скоро Дочь сможет определить, что такое действительность. Лорд-канцлер и Деканы четырех факультетов обсуждают вопрос о двери. Лорд-канцлер спрашивает, что думает Декан богословского факультета, но тот не думает, он верует. Декан философского факультета имеет мнение, Декан медицинского факультета знает, а Декан юридического факультета сомневается. Разгорается спор. Дочь обвиняет их всех в том, что они сеют сомнение и разлад в умах молодежи, в ответ на что Декан юридического факультета обвиняет Дочь от имени всех праведников в том, что она пробуждает у молодежи сомнение в их авторитете. Они гонят ее, угрожая расправой. Дочь зовет с собой Поэта, обещая ему, что скоро он узнает разгадку тайны мира. Дверь открывается. Праведники кричат «ура», но ничего не видят. Они кричат, что Дочь обманула их: за дверью ничего нет, Дочь говорит, что они не поняли этого ничто. Праведники хотят ее побить. Дочь собирается уйти, но Адвокат берет ее за руку и напоминает, что у нее есть обязанности. Дочь отвечает, что повинуется велению высшего долга. Адвокат говорит, что ребенок зовет ее, и она понимает, как сильно привязана к земле. Она чувствует угрызения совести, единственное спасение от которых — исполнить свой долг. Дочь очень страдает. Она говорит, что все вокруг — ее дети. Поодиночке каждый из них хороший, но стоит им сойтись вместе, как они начинают ссориться и превращаются в демонов. Она покидает Адвоката.
Дочь и Поэт у стен замка, растущего из земли. Дочь поняла, как нелегко быть человеком. Поэт напоминает ей, что она обещала открыть ему тайну мира. Дочь рассказывает, что на заре времен Брама, божественная первооснова, позволил матери мира Майе соблазнить себя, дабы размножиться. Это соприкосновение божественной первоматери с земной стало грехопадением неба. Таким образом, мир, жизнь, люди не более чем фантом, видимость, сон. Чтобы освободиться от земной материи, потомки Брамы ищут лишений и страданий. Но потребность в страдании сталкивается с жаждой наслаждений, или с любовью. Происходит борьба между болью наслаждения и наслаждением страдания. Эта борьба противоположностей рождает силу. Дочь страдала на земле гораздо сильнее людей, ибо ее ощущения тоньше. Поэт спрашивает ее, что причиняло ей самые сильные страдания на земле. Дочь отвечает, что ее существование: чувство, что ее зрение ослаблено глазами, слух притуплен ушами, а мысль запуталась в лабиринте жирных извилин. Чтобы отряхнуть прах со своих ног, Дочь снимает туфли и бросает их в огонь. Входит Привратница и бросает в огонь свою шаль, Офицер — свои розы, на которых остались лишь шипы, а Стекольщик — свой алмаз, открывший дверь. Богослов бросает в огонь мартиролог, ибо не может больше защищать Бога, который не защищает своих детей. Поэт объясняет Дочери, кто такие мученики за веру. Дочь объясняет ему, что страдание — это искупление, а смерть — избавление. Поэт читал, что, когда жизнь близится к концу, все и вся вихрем проносится мимо. Дочь прощается с ним. Она входит в замок. Раздается музыка. Замок загорается, и бутон на его крыше распускается в гигантский цветок хризантемы. На заднике, освещенном пламенем горящего замка, проступает множество человеческих лиц — удивленных, опечаленных, отчаявшихся... | | 6 | Август Стриндберг (August Strindberg) 1849—1912 | Соната призраков (Spoksonaten) Драма (1907) | Старик сидит в кресле-каталке у афишной тумбы. Он видит, как Студент раговаривает с Молочницей и рассказывает ей, что накануне спасал людей из-под обломков рухнувшего здания. Старик слышит слова Студента, но не видит Молочницу, ибо она — видение. Старик заговаривает со Студентом и выясняет, что тот сын купца Аркенхоль-ца. Студент знает от покойного отца, что Старик — директор Хум-мель — разорил их семью. Старик же утверждает обратное — он вызволил купца Аркенхольца из беды, а тот ограбил его на семнадцать тысяч крон. Старик не требует от Студента этих денег, но хочет, чтобы юноша оказывал ему мелкие услуги. Он велит Студенту пойти в театр на «Валькирию». На соседних местах будут сидеть Полковник и его дочь, живущие в доме, который очень нравится Студенту. Студент сможет познакомиться с ним и бывать в этом доме. Студент заглядывается на дочь Полковника, которая на самом деле является дочерью Старика: когда-то Старик соблазнил жену Полковника Амалию. Теперь Старик задумал выдать дочь замуж за Студента. Студент рассказывает, что родился в сорочке. Старик предполагает, что это дает ему возможность видеть то, чего не видят другие (он имеет в виду Молочницу). Студент и сам не знает, что с ним происходит, например, накануне его потянуло в тихий переулок, и вскоре там рухнул дом. Студент подхватил шедшего вдоль стены ребенка, когда дом обрушился. Студент остался цел и невредим, но на руках у него не было ребенка. Старик берет Студента за руку — юноша чувствует, какая у него ледяная рука, и в ужасе отшатывается. Старик просит Студента не бросать его: он так бесконечно одинок. Он говорит, что хочет сделать Студента счастливым. Появляется слуга Старика Юхансон. Он ненавидит своего хозяина: когда-то Старик спас его от тюрьмы и за это сделал своим рабом. Юхансон объясняет Студенту, что Старик жаждет властвовать: «День целый он разъезжает в своей каталке, как бог Тор... осматривает дома, сносит их, прокладывает улицы, раздвигает площади; но он и вламывается в дома, влезает в окна, правит судьбами людей, умерщвляет врагов и никому ничего не прощает». Старик боится только одного: гамбургской девчонки-молочницы.
В круглой гостиной полюбившегося Студенту дома ждут гостей. Юхансона нанимают помогать слуге Полковника Бенгтсону встречать их. Бенгтсон объявляет Юхансону, что в их доме регулярно устраивают так называемые «ужины призраков». Уже двадцать лет собирается одна и та же компания, говорят одно и то же или молчат, чтобы не сказать чего-нибудь невпопад. Хозяйка дома сидит в кладовке, она вообразила себя попугаем и уподобилась болтливой птице, она не выносит калек, больных, даже собственную дочь за то, что та больна. Юхансон поражен: он и не знал, что Фрёкен больна.
В гости к Полковнику является Старик на костылях и велит Бенгтсону доложить о себе хозяину. Бенггсон выходит. Оставшись один, Старик оглядывает комнату и видит статую Амалии, но тут и она сама входит в комнату и спрашивает Старика, зачем он пришел. Старик пришел ради дочери. Выясняется, что все кругом лгут — уПолковника подложное метрическое свидетельство, сама Амалия когда-то подделала свой год рождения. Полковник отнял у Старика невесту, а Старик в отместку соблазнил его жену. Амалия предсказывает Старику, что он умрет в этой комнате, за японскими ширмами, которые в доме называют смертными и ставят, когда кому-нибудь пора умирать. Амалия рассказывает, что в их доме регулярно собираются люди, которые ненавидят друг друга, но грех, вина и тайна связывают их неразрывными узами.
Старик разговаривает с Полковником. Старик скупил все его векселя и считает себя вправе распоряжаться в его доме. Старик желает, чтобы Полковник принял его как гостя, кроме того, он требует, чтобы Полковник прогнал своего старого слугу Бенгтсона. Полковник говорит, что, хотя все его имущество теперь принадлежит Старику, дворянский герб и доброе имя Старик у него отнять не может. В ответ на эти слова Старик достает из кармана выписку из дворянской книги, где сказано, что род, к которому якобы принадлежит Полковник, сто лет назад угас. Более того. Старик доказывает, что Полковник вовсе и не полковник, потому что после войны на Кубе и преобразования армии все прежние чины упразднены. Старик знает тайну Полковника — это бывший слуга.
Приходят гости. Они молча усаживаются в кружок, кроме Студента, который проходит в комнату с гиацинтами, где сидит дочь Полковника. Всегда, когда фрекен дома, она находится именно в этой комнате, такая уж у нее странность. Старик говорит, что проник в этот дом, чтобы вырвать плевелы, раскрыть грех, подвести итог и дать возможность молодым начать жизнь заново в этом доме, который он им дарит. Он говорит, что все присутствующие знают, кто они такие. И кто он такой, они тоже знают, хотя и притворяются, будто не знают. И всем известно, что Фрекен на самом деле его дочь. Она увяла в этом воздухе, насыщенном обманом, грехом и фальшью. Старик нашел для нее благородного друга — Студента — и хочет, чтобы она была с ним счастлива. Он велит всем разойтись, когда пробьют часы. Но Амалия подходит к часам и останавливает маятник. Она говорит, что может остановить бег времени и обратить прошедшее в ничто, содеянное — в несодеянное, и не угрозами, не подкупом, а страданием и покаянием. Она говорит, что при всей своей греховности присутствующие лучше, чем кажутся, потому что раскаиваются в своих прегрешениях, меж тем как Старик, который рядится в тогу судьи, хуже их всех. Он сманил когда-то Амалию ложными посулами, он опутал Студента вымышленным долгом отца, хотя на самом деле тот не был должен Старику ни единого эре... Амалия подозревает, что Бенгтсон знает о Старике всю правду — потому-то Старик и хотел от него избавиться. Амалия звонит в колокольчик. В дверях появляется маленькая Молочница, но никто, кроме Старика, не видит ее. В глазах Старика застыл ужас. Бенггсон рассказывает о злодеяниях Старика, он рассказывает, как Старик, бывший в ту пору ростовщиком в Гамбурге, пытался утопить девушку-молочницу, потому что она про него слишком много знала. Амалия запирает Старика в кладовке, где она просидела много лет и где есть шнурок, вполне подходящий для того, чтобы на нем повеситься. Амалия отдает распоряжения Бенггсону загородить дверь в кладовку смертными японскими ширмами.
Фрёкен в комнате с гиацинтами играет Студенту на арфе. На камине — большой Будда, держащий на коленях корень гиацинта, который символизирует землю; стебель гиацинта, прямой, как земная ось, устремляется вверх и венчается звездоподобными цветками о шести лучах. Студент говорит Фрекен, что Будда ждет, чтобы земля стала небом. Студент хочет узнать, почему родители Фрекен не разговаривают друг с другом. Она отвечает, что Полковнику и его жене не о чем разговаривать, потому что они не верят друг другу. «К чему разговаривать, если мы уже не можем обмануть друг друга?» — считает Полковник, фрекен жалуется на кухарку, которая заправляет всем в доме. Она из вампирского рода Хуммелей, и хозяева никак не могут ни прогнать ее, ни сладить с ней. Эта кухарка — наказание за их грехи, она так их кормит, что они чахнут и тощают. Кроме нее в доме есть еще горничная, за которой Фрекен приходится без конца убирать. Студент говорит Фрекен, что мечтает на ней жениться. «Молчите! Никогда я не буду вашей!» — отвечает она, но не объясняет причины своего отказа. Студент удивляется, как много в их доме тайн. Он видит, что если бы люди были до конца откровенны, мир бы рухнул. Несколько дней назад Студент был в церкви на отпевании директора Хуммеля, своего мнимого благодетеля. У изголовья гроба стоял друг усопшего, солидный пожилой господин. А потом Студент узнал, что этот пожилой друг усопшего пылал страстью к его сыну, покойный же брал взаймы у поклонника своего сына. Через день после похорон арестовали пастора, чья проникновенная речь у гроба так тронула Студента: оказалось, что он ограбил церковную кассу. Студент рассказывает, что его отец умер в сумасшедшем доме.
Он был здоров, просто как-то раз он не сдержался и сказал собравшимся у него в доме гостям все, что он о них думает, объяснил им, как они лживы. За это его отвезли в сумасшедший дом, и там он умер. Студент вспоминает, как дом Полковника казался ему раем, а оказалось, что он тоже насквозь пропитан ложью. Студент знает, что фрекен отказала ему оттого, что больна и всегда была больна. «Иисус Христос сошел во ад, сошествие во ад было его сошествие на землю, землю безумцев, преступников и трупов, и глупцы умертвили его, когда он хотел их спасти, а разбойника отпустили, разбойников всегда любят! Горе нам! Спаси нас. Спаситель Мира, мы гибнем!» Фрекен падает, бледная как мел. Она велит Бенгтоону принести ширмы: он приносит ширмы и ставит их, загораживая девушку. Слышны звуки арфы. Студент молит Отца небесного быть милостивым к усопшей. | | 7 | Агата Кристи (Agatha Christie) 1890-1976 | Загадка Эндхауза (Peril at Endhouse) | Англия, начало тридцатых годов. Эркюль Пуаро со своим старым другом и помощником капитаном Гастингсом приезжают на приморский курорт Сент-Лу на юге Англии. Возле отеля «Мажестик», в котором они остановились, им встречается молодая девушка. Ник Бакли. В беседе за коктейлем выясняется, что она — владелица дома, стоящего на краю, Эндхауза. Ник Бакли между прочим непринужденно сообщает, что за последние три дня трижды избежала верной смерти. Это не может не заинтересовать Пуаро. Кроме того, в простой фетровой шляпке Ник, забытой за столиком случайных знакомых, оказывается круглая дырочка с ровными краями — явный след пули. Пуаро относит шляпку девушке, обедающей вместе с друзьями (их трое: краснолицый бесшабашный капитан Челленджер, белокурый щеголеватый красавец Джим Лазарус, торговец антиквариатом, и «усталая мадонна», белокурая Фредерика Раис). Пуаро договаривается с Ник о своем визите в Эндхауз.
Заинтригованная Ник, сгорая от любопытства, принимает у себя Пуаро и Гастингса. Эндхауз оказывается угрюмым, старым, требующим ремонта домом. Пуаро показывает Ник найденную им в паркепулю, и это заставляет ее поверить в то, что несчастные случаи, происходившие с ней в последнее время, были покушениями на ее жизнь. По просьбе Пуаро Ник перечисляет их: упада висевшая над ее кроватью картина в тяжелой раме; когда она спускалась по тропинке к морю, ее чуть не убило сорвавшимся валуном; у автомобиля отказали тормоза. Гости узнают, что имя, точнее, прозвище Ник получила в честь деда, «зловредного старикана», как она выражается, Старого Ника. Настоящее же ее имя — Магдала, оно часто встречается в семье Бакли. В конце беседы, узнав, что в нее стреляли из маузера, Ник хочет найти свой, доставшийся ей от отца, но не находит. Это заставляет ее серьезнее отнестись к предостережениям Пуаро. По просьбе сыщика Ник рассказывает о своем ближайшем окружении. Кроме друзей это служанка Эллен, ее муж-садовник и их ребенок, и супружеская пара Крофтов из Австралии, которым она сдает флигель. Еще у Ник есть кузен Чарлз Вайс, местный адвокат. Следуя совету Пуаро, Ник телеграммой вызывает из Йоркшира свою ровесницу-кузину Мегги, «слишком уж безгрешную», как считает Ник. Как бы случайно Пуаро спрашивает, составляла ли Ник когда-нибудь завещание, и выясняет, что действительно, полгода назад, ложась на операцию аппендицита, Ник завещала Эндхауз Чарлзу, а все остальное — фредди (так друзья зовут Фредерику Раис).
Вечером в отеле во время танцев Пуаро сообщает Фредерике, что в Ник стреляли. Фредди, считавшая, что подруга выдумывает все свои несчастные случаи, потрясена. Пуаро и Гастингс встречают Крофта и по его просьбе заходят во флигель познакомиться с его прикованной к постели после железнодорожной катастрофы женой. Крофты необыкновенно (даже чересчур) приветливы и слишком назойливо подчеркивают свое «австралийство».
Ник заходит в отель к Пуаро, чтобы показать телеграмму о приезде кузины Мегги. Вид у нее оживленный, но под глазами темные крути. Видно, что ее снедает беспокойство и, как предполагает Пуаро, не только из-за совершенных на нее покушений. Ник приглашает Пуаро и Гастингса вечером в Эндхауз смотреть фейерверк.
В Эндхаузе собираются гости: Фредди, Лазарус, Пуаро с Гастингсом. Здесь же приехавшая кузина Ник, Мегги, — в стареньком черном вечернем платье, без косметики. Она искренне недоумевает, кому понадобилось покушаться на жизнь Ник. Появляется сама хозяйка — в только что полученном от портного черном платье (хотя она не любит черный цвет), с наброшенной на плечи изумительной ярко-красной китайской шалью. За коктейлями речь заходит о Майкле Сетоне, отважном летчике, который в одиночку совершал кругосветный перелет на самолете-амфибии «Альбатрос» и пропал несколько дней назад. Надежды, что он жив, почти не осталось. Выясняется, что Ник и фредди были знакомы с ним. Ник уходит говорить по телефону и долго отсутствует. Появившись вновь, она зовет всех смотреть фейерверк. Зрелище великолепное, но с моря дует пронизывающий ветер, Пуаро, боясь простудиться, решает вернуться в дом. Гастингс следует за ним. Неподалеку от дома они видят распростертое на земле тело в ярко-красной шали. Пуаро винит себя в этой смерти. В дверях появляется Ник и весело окликает кузину. Пуаро переворачивает тело — убитой оказывается Мегги Бакли. Она погибла вместо Ник — та, уйдя за жакетом в дом, оставила ей свою шаль. Ник в шоке. Ее кладут в частную лечебницу. Чтобы оградить Ник от возможных покушений, врачи по просьбе Пуаро запрещают свидания с нею.
Пуаро анализирует ситуацию. Он пишет список всех «действующих лиц» и рассматривает мотивы и подозрительные обстоятельства, связанные с каждым из них. Гастингс от усталости засыпает в кресле, и последнее, что он видит, — это Пуаро, выбрасывающий скомканные листки со своими выкладками в корзину для бумаг. Когда Гастингс просыпается, Пуаро сидит на прежнем месте, но глаза его отливают кошачьим блеском, знакомым Гастингсу, — это верный признак того, что Пуаро догадался о чем-то важном. И в самом деле, сыщик разгадал тайну Ник, визит в лечебницу подтверждает его догадку. Ник была помолвлена с погибшим летчиком, Майклом Сетоном. Помолвка сохранялась в тайне из-за дяди Майкла, старого сэра Мэтью, богача, чудака и женоненавистника. Успешный перелет Майкла заставил бы сэра Мэтью выполнить любое желание племянника, в том числе и согласиться на женитьбу. Но судьба распорядилась иначе: уже во время перелета Майкла его дяде сделали операцию, и он вскоре скончался. Перед уходом Пуаро спрашивает у Ник разрешения поискать ее завещание, и она легко разрешает ему «осматривать все что угодно».
В Эндхаузе Пуаро беседует с горничной Эллен, и та упоминает о существовании в доме тайника, а также сообщает, что перед случившейся трагедией ее одолевали дурные предчувствия. Из найденного сыщиком письма Фредди Раис становится ясно, что она употребляет наркотики (впрочем, Пуаро и так понимал это по смене ее настро ений и странной отрешенности). Она «из начинающих», ставит диагноз Пуаро. В комоде среди нижнего белья сыщик находит и начинает читать письма Майкла. Гастингс шокирован. «Я ищу убийцу», — сурово напоминает ему Пуаро. Письма здесь явно не все. Из прощального, перед началом полета, письма становится ясным, что Майкл, не утруждая себя формальностями, написал на листке бумаги завещание, оставляя все свое имущество невесте («я был умником и вспомнил, что твое настоящее имя Магдала»). Пуаро и Гастингс возвращаются в больницу. Ник отрицает существование тайника. Зато она вдруг вспоминает, что Крофт, который и надоумил ее составить завещание, сам вызвался опустить письмо. Так что завещание должно быть у Чарлза. Но в конторе адвоката его не оказывается.
Крофт клятвенно подтверждает, что опустил письмо, а жена его проявляет трогательное беспокойство о Ник. Но это не мешает Пуаро оторвать клочок газеты, на котором остался жирный след большого и указательного пальцев Крофта (он готовил еду), чтобы отправить в полицию. Сыщик считает, что «добряк месье Крофт что-то уж слишком хорош». Приезжают родители Мегги, чтобы забрать тело. Это очаровательные, простодушные старики, удрученные горем и полные сочувствия к Ник («она так страшно убивается, бедняжка»).
Из беседы с юристом семейства Сэтонов, мистером Уитфилдом, Пуаро становится ясно, что Ник должна получить огромную сумму. Пуаро и Гастингс возвращаются в Сент-Лу. Позвонив в лечебницу, сыщик узнает, что Ник опасно больна. У нее отравление кокаином. Она съела шоколадную конфету, к которой он был подмешан. Ник нарушила запрет Пуаро не дотрагиваться до присланной еды, потому что к коробке была прикреплена карточка «С приветом от Эркюля Пуаро» (точно такую он отправил Ник с букетом гвоздики). Кокаин в конфетах ставит под подозрение Фредерику Раис. К тому же в пропавшем завещании она объявлена наследницей, а в данный момент Ник есть что оставить после себя.
Пуаро решает объявить о смерти Ник. Друзья Ник, потрясенные, покупают цветы и венки для похорон, а Гастингса сваливает приступ лихорадки. Мать Мегги пересылает Пуаро письмо дочери, написанное ею сразу по приезде в Эндхауз («Боюсь, в нем не окажется ничего интересного для вас, но я подумала, что, может быть, вы захотите на него взглянуть»). Но одна фраза в этом письме заставляет Пуаро по-новому взглянуть на дело — и разгадать его. На следующий день Пуаро собирает всех участников драмы в Эндхаузе. Среди них Чарлз Вайз и Крофты (она — в инвалидном кресле). Чарлз Вайз объявляет собравшимся, что утром этого дня получил завещание своей кузины (датированное февралем) и не имеет оснований сомневаться в его подлинности. Согласно завещанию, все, чем владеет Ник, остается Мильдред Крофт в знак благодарности за неоценимые услуги, которые она оказала Филипу Бакли, отцу Ник, когда-то жившему в Австралии.
Неожиданно Пуаро предлагает устроить спиритический сеанс. Гасят лампы. Вдруг перед глазами присутствующих возникает неясная фигура, словно плывущая по воздуху. Все в шоке. Зажигается свет — посреди комнаты стоит живая Ник под белым покрывалом. Появляется полицейский инспектор Джепп, который арестовывает Крофтов, больших специалистов по части подлогов. В этот момент во Фредерику кто-то стреляет, ранит ее в плечо, а сам получает пулю полицейского. Это ее муж-кокаинист, потерявший человеческий облик. Но не он убил Мегги. Дежуривший в Эндхаузе с начала вечера Джепп видел, как некая молодая дама достала из потайной ниши револьвер, обтерла платком и, выйдя в прихожую, положила его в карман накидки миссис Раис... «Ложь!» — кричит Ник.
Пуаро утверждает, что Ник убила Мегги, чтобы унаследовать деньги Майкла Сэтона. Ее тоже звали Магдалой Бакли, и именно с ней был помолвлен погибший летчик. Полицейские уже ждут Ник в прихожей с ордером на арест. Ник ведет себя высокомерно, не снисходя до отрицания своей вины, но перед уходом просит у Фредерики часики — на память, говорит она. Часики служили для перевозки и хранения кокаина. «Для нее это лучший выход, — замечает Пуаро. — Лучше уж это, чем веревка палача». | | 8 | Агата Кристи (Agatha Christie) 1890-1976 | В 4.50 из Паддинггона (4.50 from Paddington) | Миссис Элспет Макгилликади, немолодая женщина, утомленная сделанными в Лондоне рождественскими покупками, садится на Паддингтонском вокзале в поезд, перелистывает журнал и засыпает. Через полчаса она просыпается. За окном темно. С грохотом проносится встречный поезд. Затем какое-то время по соседним рельсам в том же направлении, что и поезд, в котором едет миссис Макгилликади, движется еще один. Миссис Макгилликади видит, как в одном из окон идущего параллельно поезда резко поднялась штора. В ярко освещенном купе мужчина (он виден ей со спины) душит женщину. Женщину миссис Макгилликади разглядела: это блондинка в меховой шубке. Словно загипнотизированная, пожилая дама наблюдает сцену убийства во всех страшных подробностях. Соседний поезд ускоряет ход и пропадает в темноте. Миссис Макгилликади расказывает об увиденном поездному контролеру, затем пишет коротенькое письмо начальнику вокзала и просит носильщика передать письмо, присовокупив к просьбе шиллинг. В Милчестере она выходит, ее уже дожидается машина, которая привозит ее в Сент-Мэри-Мид, в гости к мисс Джейн Марпл, ее давнишней приятельнице.
Выслушав историю миссис Макгилликади, мисс Марпл подробно обсуждает с ней детали виденного и решает рассказать о происшествии местному сержанту полиции Франку Корнишу. Сержант, имевший случай убедиться в уме и проницательности мисс Марпл, не сомневается в правдивости рассказа двух пожилых дам. Мисс Марпл предполагает, что преступник мог либо оставить труп в вагоне и бежать, либо выбросить его из окна поезда. Но в газетах нет никакого упоминания о трупе в поезде, а на запрос сержанта Корниша приходит отрицательный ответ. Мисс Марпл повторяет маршрут подруги и убеждается, что на одном участке пути, где поезд замедляет ход перед поворотом, железнодорожные рельсы проложены по довольно высокой насыпи. Она считает, что труп могли столкнуть с поезда именно здесь. Мисс Марпл сверяется с картами местности и адресной книгой. У нее возникает план расследования, но она чувствует, что слишком стара для подобной работы. Тогда мисс Марпл обращается за помощью к Люси Айлесбэроу.
Люси Айлесбэроу — молодая женщина, обладающая острым умом и разнообразными способностями, в частности, умением необыкновенно легко и быстро справляться с любыми проблемами домашнего хозяйства. Это умение сделало Люси весьма популярной, и именно благодаря ему мисс Марпл познакомилась с нею — однажды Люси была приглашена вести хозяйство у приходившей в себя после болезни мисс Марпл. Теперь же Люси берется за довольно странное поручение пожилой дамы: ей предстоит наняться работать по хозяйству в Рутерфордхилл, особняк Крекенторпов, стоящий неподалеку от железной дороги, как раз в месте предполагаемого убийства; кроме этого Люси предстоит найти труп.Благодаря своей репутации Люси моментально устраивается на работу в семейство Крекенторпов. Вскоре ей удается найти и труп молодой блондинки — в так называемом Длинном Сарае, в мраморном саркофаге, который в начале века вывез из Неаполя теперешний хозяин дома, отец семейства, мистер Крекенторп-старший. Люси сообщает о своей находке мисс Марпл, затем звонит в полицию. Расследовать дело поручено инспектору Крэддоку (который, кстати, прекрасно знает мисс Марпл и высоко ценит ее детективные способности).
Страшное открытие собирает всю семью в доме, где обычно живут лишь старик отец и дочь Эмма. Приезжают братья Гарольд (бизнесмен), Гедрик (художник), Альфред (род занятий которого не совсем ясен, впрочем, в дальнейшем выясняется, что живет он за счет разнообразных махинаций) и Брайен Истлеу, муж давно умершей сестры Эдит (в прошлом прекрасный военный летчик, а сейчас — человек, который не может найти себе места в изменившейся жизни). Ни один из мужчин семейства не остается равнодушным к обаянию, красоте и деятельному нраву Люси. За время работы у Крекенторпов она получает от каждого из них более или менее откровенное предложение выйти за него (старик отец здесь не исключение), а женатый Гарольд предлагает ей свое покровительство. Даже гостивший в доме деда Александр, сын Брайена, и его приятель Джеймс Стоддат-Уэст в восторге от Аюси, а Александр прозрачно намекает ей, что не прочь увидеть ее в роли своей мачехи.
Следствие пытается установить личность погибшей. По одной из версий это Анна Стравинская (русская фамилия — псевдоним), посредственная танцовщица из средней руки французской балетной труппы, гастролировавшей в Англии. Поездка Крэддока в Париж, кажется, дает подтверждение этой версии. Но есть и другая. Дело в том, что незадолго до Рождества (и до убийства) Эмма Крекенторп получает письмо от некоей Мартины, француженки-подруги погибшего в войну брата Эдмунда (незадолго до смерти он упоминал о ней в письме к сестре). Мартина хочет повидаться с семейством, а также получить какие-нибудь деньги на воспитание своего и Эдмунда сына. Эмму, любившую брата, письмо радует, остальных, скорее, озадачивает. Тем не менее по указанному Мартиной адресу Эмма посылает приглашение посетить Рутерфордхилл. На это Мартина отвечает телеграммой о внезапной необходимости вернуться в Париж. Попытки обнаружить ее ни к чему не приводят. Зато от Анны Стравинской, ее приятельницы-танцовщицы, получают открытку с Ямайки с описанием веселого и беззаботного отдыха.
Накануне своего отъезда из особняка Крекенторпов Александр с приятелем находят неподалеку от Длинного Сарая письмо Эммы, адресованное Мартине.
Тем временем становится очевидной взаимная симпатия между Брайеном и Люси, а также между доктором Куимпером, семейным врачом Крекенторпов, и Эммой.
После праздничного обеда все семейство Крекенторпов неожиданно оказывается отравленным. Анализы показывают, что Люси, готовившая обед, ни при чем — отравление не пищевое. Это мышьяк. В дом приглашают медсестер, чтобы ухаживать за больными. Кажется, что опасность миновала, но вдруг умирает Альфред (против которого к этому времени Крэддок собрал довольно много улик).
Выздоравливающую Эмму посещает мать Джеймса Стоддат-Уэста, приятеля Александра. Она слышала от сына о найденном письме и теперь приехала сказать, что Мартина — это она, что спустя годы после смерти Эдмунда, которого очень любила, встретила своего теперешнего мужа, что ей не хотелось зря тревожить воспоминаниями ни других, ни себя, что она рада дружбе сына с Александром, который напоминает ей Эдмунда.
Уехавший в Лондон Гарольд принимает присланные по почте пилюли, к которым приложен рецепт доктора Куимпера, и умирает.
Мисс Марпл, однажды посетившая Люси в Рутерфордхилле (для работодателей Люси мисс Марпл — ее тетка), появляется там еще раз вместе со своей подругой миссис Элспет Макгилликади. Выполняя план мисс Марпл, миссис Макгилликади просит разрешения подняться в туалет, Люси провожает ее. В это время все остальные садятся за чай. Мисс Марпл притворно давится рыбной косточкой, и доктор Куимпер приходит ей на помощь. Он берет ладонями шею пожилой дамы и склоняется над нею, чтобы посмотреть горло. Показавшись в дверях и не разобравшись толком в происходящем, видя лишь фигуру мужчины, руки которого лежат на шее мисс Марпл, ее подруга вскрикивает: «Это он!» Поза доктора в точности воспроизводит позу душителя, увиденного ею в поезде.
После недолгих запирательств доктор Куимпер сознается в содеянном преступлении. Его жена, Анна Стравинская, была ярой католичкой, и рассчитывать на развод не приходилось. А доктору хотелось жениться на богатой наследнице Эмме Крекенторп. В заключительной беседе с инспектором Крэддоком мисс Марпл, опираясь на свой богатейший опыт в общении с людьми и, по обыкновению, подыскав параллель из судеб своих знакомых, высказывает предположение, что Эмма Крекенторп из тех, кто находит свою любовь довольно поздно, но бывает счастливым всю оставшуюся жизнь. Не сомневается она и в том, что для Люси Айлесбэроу скоро зазвонят свадебные колокола. | | 9 | Агата Кристи (Agatha Christie) 1890-1976 | Вилла «Белый конь» (The Pale Horse) | Марк Истербрук, человек научного склада и довольно консервативных взглядов, однажды наблюдает в одном из баров Челси поразившую его сцену: две девицы, одетые неряшливо и слишком тепло (толстые свитера, толстые шерстяные чулки), повздорив из-за кавалера, вцепились друг другу в волосы, да так, что одна из них, рыжая, рассталась с целыми клоками. Девиц разнимают. На выражения сочувствия рыжая Томазина Такертон отвечает, что даже не почувствовала боли. Хозяин бара после ухода Томми рассказывает о ней Марку: богатая наследница селится в Челси, проводит время с такими же, как она, бездельниками.
Через неделю после этой случайной встречи Марк видит в «Таимо объявление о смерти Томазины Такертон.
За священником отцом Горманом прибегает мальчишка и зовет его к умирающей миссис Девис. Женщина, задыхаясь, из последних сил рассказывает отцу Горману о страшном злодействе и просит положить ему конец. Потрясеннный священник, не до конца веря ужасной истории (быть может, это лишь порождение лихорадочного бреда), тем не менее заходит в маленькое кафе и, заказав чашку кофе, к которой почти не притрагивается, записывает на подвернувшемся клочке бумаги фамилии людей, названные женщиной. Вспомнив, что экономка снова не зашила дыру в кармане, отец Горман прячет записку в башмак, как уже не раз делал. Затем он направляется домой. Его оглушает тяжелый удар по голове. Отец Горман шатается и падает… Полиция, обнаружившая труп священника, в недоумении: кому понадобилось убивать его? Разве что дело в записке, спрятанной в башмаке. Там несколько фамилий: Ормерод, Сэндфорд, Паркинсон, Хескет-Дюбуа, Шоу, Хармондсворт, Такертон, Корриган, Делафонтейн... На пробу инспектор полиции Лежен и заинтригованный доктор Корриган, судебный хирург, звонят по телефону леди Хескет-Дюбуа, разыскав ее номер в справочнике. Выясняется, что она умерла пять месяцев назад.
Один из опрошенных по делу об убийстве отца Гормана свидетелей, аптекарь мистер Осборн, утверждает, что видел человека, шедшего следом за священником, и дает четкое описание его внешности:
покатые плечи, большой крючковатый нос, выступающий кадык, длинные волосы, высокий рост.
Марк Истербрук со своей приятельницей Гермией Редклифф (безупречный классический профиль и шапка каштановых волос), посмотрев «Макбета» в театре «Олд Вик», заходят поужинать в ресторан. Там они встречают знакомого, Дэвида Ардингли, преподавателя истории в Оксфорде. Он знакомит их со своей спутницей, Пэм. Девушка прехорошенькая, с модной прической, с огромными голубыми глазами и, как злословит Марк, «непроходимо глупа». Разговор заходит о спектакле, о старых добрых временах, когда «нанимаешь убийцу, и он убирает кого нужно». Неожиданно вступает в разговор Пэм, замечая, что и сейчас можно разделаться с человеком, если нужно. Потом она смущается, путается, и в памяти Марка из всего сказанного остается лишь название «Белый конь».
Вскоре «Белый конь», как название таверны, в контексте куда менее зловещем, возникает в разговоре Марка со знакомой писательницей, автором детективов, миссис Оливер. Марк уговаривает ее принять участие в благотворительном празднике, который организует его двоюродная сестра Роуда.
Марк случайно встречается с Джимом Корриганом, с которым когда-то, лет пятнадцать назад, дружил в Оксфорде. Речь заходит о таинственном списке, найденном у отца Гормана. Покойная леди Хаскетт-Дюбуа приходилась Марку теткой, и он готов поручиться, что она была добропорядочна, законопослушна и не имела связей с преступным миром.
Марк участвует в организованном Роудой празднике. «Белый конь» оказывается поблизости от дома Роуды в пригороде Лондона. Это не таверна, это бывшая гостиница. Теперь же в этом доме, построенном в XVI в., живут три женщины. Одна из них, Тирза Грей, высокая женщина с коротко подстриженными волосами, занимается оккультными науками, спиритизмом и магией. Другая — ее приятельница Сибил Стэмфордис — медиум. Одевается в восточном стиле, увешана ожерельями и скарабеями. Их кухарка Белла слывет в округе колдуньей, причем дар ее наследственный — мать ее считалась ведьмой.
Роуда ведет Марка, миссис Оливер и рыжую девушку по прозвищу Джинджер (по профессии она реставратор живописи) в гости к своему соседу, мистеру Винаблзу, чрезвычайно богатому и интересному человеку. Когда-то он был завзятым путешественником, но после перенесенного несколько лет назад полиомиелита может передвигаться лишь в кресле на колесиках. Мистеру Винаблзу около пятидесяти, у него худое лицо с большим крючковатым носом и приветливый нрав. Он с удовольствием показывает гостям свои прекрасные коллекции.
После этого вся компания отправляется на чаепитие в «Белый конь» по приглашению Тирзы Грей. Тирза демонстрирует Марку свою библиотеку, где собраны книги, относящиеся к колдовству и магии, среди которых встречаются редкие средневековые издания. Тирза утверждает, что сейчас наука расширила горизонты колдовства. Чтобы убить человека, следует разбудить в нем подсознательное стремление к гибели, тогда он, поддавшись какой-либо самовнушенной болезни, неизбежно и скоро умирает.
Из случайного разговора с миссис Оливер Марк узнает о смерти ее подруги, Мэри Делафонтейн, чью фамилию он видел в списке, найденном у отца Гормана.
Марк обдумывает услышанное от Тирзы. Ему становится ясно, что к помощи трех колдуний, живущих на вилле «Белый конь», с успехом прибегают люди, желающие отделаться от своих близких. В то же время здравомыслие человека, живущего в XX веке, мешает ему поверить в действие колдовских сил. Он решает выяснить загадку таинственных смертей, понять, действительно ли три ведьмы из «Белого коня» могут погубить человека, Марк просит помощи у своей приятельницы Гермии, но та поглощена своими научными занятиями, «средневековые колдуньи» Марка кажутся ей совершенной чепухой. Тогда Марк прибегает к помощи Джинджер-Рыжика, девушки, с которой он познакомился на празднестве у Роуды.
Джинджер, настоящее имя которой Кэтрин Корриган (еще одно совпадение!), хочет помочь Марку. Она советует ему под каким-либо предлогом посетить мачеху Томазины Такертон, теперь владелицу огромного наследства. Марк так и делает, без труда найдя предлог: дом Такертонов, оказывается, создан по необычному проекту известного архитектора Нэша. При упоминании «Белого коня» на лице вдовы Такертон появляется явный страх. Джинджер в это время разыскивает Пэм, от которой Марк впервые услышал о «Белом коне». Ей удается подружиться с Пэм и выведать у нее адрес человека по фамилии Брэдли, живущего в Бирмингеме. Те, кому требуется помощь «Белого коня», обращаются к этому человеку.
Марк посещает Брэдли, и ему становится ясно, каким образом заказывают убийство. К примеру, клиент, обратившийся к Брэдли, утверждает, что его богатая тетушка или ревнивая жена будут живы и здоровы на Рождество (или Пасху), а мистер Брэдли заключает с ним пари, что нет. Выигравший (а им всегда оказывается мистер Брэдли) получает сумму, на которую было заключено пари. Узнав об этом, Джинджер решает изобразить жену Марка (настоящая его жена погибла пятнадцать лет назад в Италии, когда ехала в автомобиле со своим любовником, — это старая рана Марка), которая будто бы не дает ему развода, и он не может жениться на Гермии Редклифф.
Заключив соответствующее пари с Брэдли, Марк Истербрук с тяжелым сердцем, тревожась, что подвергает опасности жизнь Джинджер, едет на виллу «Белый конь». Он привозит — как было заказано — предмет, принадлежащий его «жене», замшевую перчатку, и присутствует при сеансе магии.
Сибил пребывает в трансе, Тирза засовывает перчатку в какой-то аппарат и настраивает его по компасу, Белла приносит в жертву белого петушка, кровью которого мажут перчатку.
По условиям договора, Марк должен был уехать из Лондона, и теперь он ежедневно звонит Джинджер. В первый день у нее все в порядке, ничего подозрительного, заходили только электрик — снимать показания счетчика, какая-то женщина — спрашивала, какую косметику и лекарства Джинджер предпочитает, еще одна — за пожертвованиями на слепых.
Но на следующий день у Джинджер повышается температура, болит горло, ломит кости. Перепуганный Марк возвращается в Лондон. Джинджер кладут в частную клинику. Врачи находят у нее воспаление легких, но лечение идет медленно и не очень успешно.Марк приглашает пообедать Пэм. В разговоре с ней всплывает новое имя — Эйлин Брэндон, которая когда-то работала в конторе по учету спроса потребителей, каким-то образом связанной с «Белым конем».
Миссис Оливер звонит Марку и рассказывает о том, как умирала его тетушка (она узнала об этом от своей новой служанки, прежде работавшей у леди Хаскет-Дюбуа). У нее вылезали волосы клочьями. И миссис Оливер, со своей писательской памятью и детективными склонностями, вспомнила, что у ее недавно умершей подруги Мэри Делафонтейн тоже лезли волосы. Тут? перед глазами Марка встает драка в баре, Томазина Такертон, и он вдруг понимает, в чем дело. Когда-то ему довелось читать статью о таллиевом отравлении. Работавшие на заводе люди умирали от самых разных заболеваний, но один симптом был общим — у всех выпадали волосы. Благодаря своевременному вмешательству Марка Джинджер начинают лечить от таллиевого отравления.
Марк и инспектор Лежен встречаются с Эйлин Брэндон. Она рассказывает о своей работе в фирме, занимавшейся учетом потребительского спроса. Она обходила людей по списку и задавала ряд вопросов относительно их потребительских интересов. Но ее смущало, что вопросы задавались бессистемно, как бы для отвода глаз. В свое время она-советовалась с другой сотрудницей, миссис Дэвис. Но та не рассеяла ее подозрений, скорее, напротив. «Вся эта контора — лишь вывеска для шайки бандитов» — таково было мнение миссис Дэвис. Она же рассказала Эйлин, что однажды видела одного человека, выходившего из дома, «где ему совершенно нечего было делать», неся сумку с инструментами. Становится понятно, что и миссис Дэвис пала жертвой «шайки бандитов», а разоблачения, которыми она поделилась с отцом Горманом, стоили жизни и ему.
Недели через три на виллу мистера Винаблза приезжают инспектор Лежен с сержантом, Марк Истербрук и аптекарь мистер Осборн (который считает Винаблза убийцей отца Гормана). Инспектор беседует с хозяином дома и, судя по всему, подозревает его в руководстве организацией убийств. К тому же в сарайчике в саду у Винаблза найден пакет с таллием. Лежен произносит пространные обвинения против мистера Винаблза, возвращаясь к тому вечеру, когда был убит отец Горман. Осборн не выдерживает и начинает поддакивать, возбужденно кричать, как видел мистера Винаблза. Однако Лежен опровергает его утверждения и обвиняет самого Осборна в убийстве священника, прибавив к этому: «сидели бы тихо у себя в аптеке, может быть, все и сошло бы вам с рук». Лежен давно начал подозревать Осборна, и весь визит к мистеру Винаблзу был продуманной ловушкой. Пакет с таллием подбросил в сарайчик тот же Осборн.
Марк находит Джинджер на вилле «Белый конь», которая лишилась своих зловещих обитательниц. Джинджер еще бледна и худа, да и волосы не отросли как следует, но в глазах светится прежний задор. Марк намеками объясняется Джинджер в любви, но она требует официального предложения — и получает его. Джинджер спрашивает, точно ли Марк не хочет жениться «на своей Гермии»? Вспомнив, Марк вытаскивает из кармана полученное на днях письмо от Гермии, в котором она зовет его сходить в театр «Олд Вик» на «Тщетные усилия любви». Джинджер решительно рвет письмо.
«Если захочешь ходить в «Олд Вик», будешь теперь ходить только со мной», — говорит она тоном, не допускающим возражений. | | 10 | Аден Роб-Грийе (Alain Robbe Grillet) p. 1922 | В лабиринте (Dans le labyrinthe) роман (1959) | Место действия — небольшой городок накануне пришествия в него вражеских войск. По выражению автора, события, описываемые в романе, неукоснительно реальны, то есть не претендуют ни на какую аллегорическую значимость, однако действительность изображается в нем не та, что знакома читателю по личному опыту, а вымышленная.
Повествование начинается с того, что некий солдат, изможденный и закоченевший от холода, стоит на зимней стуже под непрерывно падающим снегом возле фонаря и кого-то ждет. В руках он держит обернутую в коричневую бумагу жестяную коробку, похожую на коробку из-под обуви, в которой лежат какие-то вещи, которые он должен кому-то передать. Он не помнит ни названия улицы, где должна состояться встреча, ни времени; не знает ни того, из какой он воинской части, ни чья на нем шинель. Время от времени он переходит на другую улицу, точно такую же, запорошенную снегом, утонувшую в мареве, стоит возле точно такого же фонаря, словно по лабиринту, блуждает по пересечению безлюдных и прямых переулков, не зная ни зачем он здесь, ни сколько времени он уже тут провел, ни сколько еще выдержитДекорации романа строго очерчены: это кафе, куда заходит солдат выпить стакан вина, комната, где черноволосая женщина и ее муж-инвалид дают ему передохнуть, и бывший военный склад, превращенный в приют для раненых и больных одиноких солдат. Эти декорации незаметно перетекают одна в другую, и каждый раз при этом в них что-то меняется, добавляется нечто новое. События романа изображены в виде статичных сцен, у которых нет ни прошлого, ни будущего, в виде оправленных в раму картин.
Намереваясь пойти в одно место, солдат часто попадает совсем не туда, куда шел, или же в его сознании одни декорации внезапно заменяются другими. Время от времени на глаза солдату показывается десятилетний мальчуган, который приближается к нему, останавливается, а затем то вступает с ним в разговор, то стремительно убегает или же попросту исчезает.
В одном из эпизодов мальчик приводит солдата в кафе. Взору читателя представляется статичная картина посетителей и персонала кафе, застывших подчас в самых удивительных позах. Затем все вдруг внезапно оживает, солдат ждет, когда к нему подойдет официантка, и спрашивает, где находится улица, названия которой он не помнит.
Или же солдат, идя следом за мальчиком, оказывается в темном коридоре со множеством дверей и лестничными пролетами, в которых то вдруг возникает свет, то исчезает, и коридор вновь погружается в полумрак. Одна из дверей открывается, и из нее выходит женщина в черном платье, с черными волосами и светлыми глазами. Она приглашает солдата зайти, присесть за накрытый клеенкой в красно-белую клетку стол и дает ему стакан вина и ломоть хлеба. Затем она и ее муж-инвалид долго обсуждают, на какую же улицу солдату нужно попасть, и приходят к выводу, ничем не обоснованному, что эта улица — улица Бувар. Снаряжают мальчика проводить солдата. Мальчик приводит его к какому-то дому, который оказывается приютом для больных и раненых военных. Солдата пропускают внутрь, хотя документов у него при себе нет. Он оказывается в большом зале с заклеенными окнами. Помещение уставлено кроватями, на которых неподвижно лежат люди с широко открытыми глазами. Он засыпает прямо в мокрой шинели на одной из кроватей, предварительно положив свою коробку под подушку, чтобы не укради. Ночью он делает попытку в сети коридоров найти умывальник, чтобы попить воды, но сил дойти у него не хватает. У него бред. Ему снятся его военное прошлое и то, что происходило с ним днем, но в видоизмененном варианте. На следующее утро фельдшер определяет, что у солдата сильная лихорадка. Ему выдают лекарства, другую, сухую шинель, но уже без нашивок. Солдат переодевается, улучает момент, когда его никто не видит, и уходит из приюта. Внизу он встречает вчерашнего инвалида, который язвительно замечает солдату, что сегодня он что-то слишком торопится, и интересуется, что лежит у него в коробке. Солдат выходит на улицу, где снова встречает мальчика, дарит ему стеклянный шар, который находит в кармане своей новой шинели, и идет дальше, в кафе, где выпивает стакан вина среди окружающих его неподвижных и беззвучных посетителей. Затем на улице он встречает какого-то человека в меховом пальто, которому путано рассказывает, зачем он здесь и кого ищет, надеясь, что этот человек и есть именно тот, кто ему нужен. Однако это оказывается не так.
Он вновь встречает мальчика. Слышен рев мотоцикла. Солдат и ребенок успевают спрятаться. Проезжающие мимо мотоциклисты принадлежат к вражеской армии. Они не замечают спрятавшихся в дверном проеме и проезжают мимо. Мальчик бросается бежать домой. Солдат — за ним, молча, опасаясь, как бы не привлечь внимание мотоциклистов. Те возвращаются и выстрелами из автоматов ранят бегущего солдата. Он добегает до какой-то двери, открывает ее и прячется внутри здания. Разыскивающие его мотоциклисты стучат в дверь, но не могут снаружи открыть ее и уходят. Солдат теряет сознание.
Приходит в себя он в той же комнате, где женщина угощала его вином. Она рассказывает, что перенесла его к себе вместе с мужчиной в меховом пальто, который оказался доктором и сделал солдату обезболивающий укол. Солдат чувствует крайнюю слабость. По просьбе женщины, которая так чутко к нему отнеслась и сейчас проявляет живое участие, он рассказывает, что коробка принадлежит его умершему в госпитале товарищу и он должен был передать ее его отцу. В ней находятся его вещи и письма к невесте. Однако он то ли перепутал место встречи, то ли опоздал, но с отцом товарища так и не встретился.
Солдат умирает. Женщина размышляет, как ей стоит поступить с коробкой с письмами. | | 11 | Адехо Карпентьер (Alejo Carpentier) 1904-1980 | Превратности метода (El recurso del metodo) | Название романа перекликается с названием известного трактата французского философа XVII в. Рене Декарта «Рассуждение о методе». Карпентьер как бы осуществляет обратное толкование концепции Декарта, проводя мысль о несовместимости латиноамериканской действительности с рациональной логикой, здравым смыслом.
Действие начинается в 1913 г., перед первой мировой войной, а кончается в 1927 г., когда в Брюсселе проходит Первая всемирная конференция против колониальной политики империализма.
Глава Нации — президент одной из латиноамериканских республик — беззаботно проводит время в Париже: никаких важных дел, аудиенций, приемов, можно отдохнуть и развлечься.
Любит он Францию, культурную и цивилизованную страну, где даже надписи в вагонах метро звучат как александрийский стих. Президент — человек образованный, он весьма начитан и при случае не прочь щегольнуть броской цитатой, разбирается в живописи, ценит оперное искусство, любит окружать себя интеллектуальной элитой, не чужд меценатства.
В Париже он предпочитает предаваться разнообразным удовольствиям, наслаждаться жизнью. Любитель выпить и частый посетитель фешенебельных парижских борделей, на родине, в своих дворцовых покоях он являет образец воздержания, сурово порицая рост числа публичных домов и питейных заведений. Его супруга донья Эрменехильда скончалась три года назад.
В Париже отца сопровождает его любимица дочь Офелия, прелестная креолка, вспыльчивая и упрямая, своевольная и легкомысленная. Она занята коллекционированием старинных камей, музыкальных шкатулок и скаковых лошадей. Ее брат Ариэль — посол в США.
Еще один сын президента, Радамес, провалившись на экзаменах в Вест-Пойнтскую военную академию, увлекся автомобильными гонками и погиб в аварии, а младший, Марк Антоний, никчемный и экзальтированный франт, помешанный на генеалогии, — странствует по Европе.
Приятное времяпрепровождение нарушает появление взволнованного посла Чоло Мендосы с известием о том, что генерал Атаульфо Гальван поднял мятеж, почти весь север страны в руках восставших, а у правительственных войск не хватает оружия.
Глава Нации в ярости: он отыскал этого офицера в захолустном гарнизоне, взял его под свою опеку, вывел в люди, сделал военным министром, а теперь предатель попытался воспользоваться его отсутствием, чтобы отнять власть, выставляя себя защитником Конституции, на которую с эпохи войны за независимость плевать хотели все правители.
Президент срочно отбывает в Нью-Йорк, рассчитывая закупить необходимое вооружение, а за это уступить по сходной цене североамериканской компании «Юнайтед фрут» банановые плантации на Тихоокеанском побережье.
Давно уже следовало это сделать, но все противились всякие профессора и прочие интеллигенты, обличая экспансию империализма янки, а что тут поделаешь, если это фатальная неизбежность, обусловленная и географически, и исторически. Со сделкой проблем не возникает: компания при любом ходе событий ничего не теряет, благоразумный Гальван еще до начала вооруженного выступления против правительства сделал заявление представителям прессы, что капитал, земли и концессии североамериканцев останутся в неприкосновенности.
Вернувшись в страну, Глава Нации принимается железной рукой наводить порядок.
Его гнев вызывает имеющий широкое хождение манифест, где объявляется, что он захватил власть путем военного переворота, утвердился на посту с помощью фальсифицированных выборов, а полномочия свои продлил на основе самовольного пересмотра Конституции.
По мнению оппозиции, человеком, который мог бы восстановить конституционный порядок и демократию, является Луис Леонсио Мартинес. уж этого Глава Нации никак не может взять в толк: почему их выбор пал на университетского профессора философии, сугубо кабинетного ученого, сочетавшего пристрастие к свободомыслию с влечением к теософии, воинствующего вегетарианца и поклонника Прудона, Бакунина и Кропоткина.
Войска брошены против студентов, укрывшихся в университете и митингующих против правительства. Глава Нации самолично возглавляет поход против мятежного генерала Гальвана, одерживает верх и казнит его.
Приходится учинить кровавую бойню в Нуэва Кордобе, где вокруг Мартинеса объединились тысячи противников режима. Президент вынужден поторопиться с этим, испытывая нажим со стороны посла США, который намекает о намерении своей страны вмешаться и покончить со всеми анархиствующими и социалиствующими элементами.
Глава Нации ранен в самое сердце черной неблагодарностью тех, ради кого трудился день и ночь. Раз народ не верит в его честность, бескорыстие и патриотизм, он намерен оставить свой пост и возложить свои обязанности на главу сената до ближайших выборов, но следует вынести этот вопрос на референдум, пусть люди решат. В обстановке террора и всеобщего страха результаты голосования свидетельствуют о поразительном единодушии.Главу Нации начинает беспокоить артрит, и он отправляется на лечение сначала в США, а потом в любимую Францию.
Снова Париж, где можно подчиниться знакомому ритму беспечной жизни.
Однако президент сразу же понимает, что отношение к нему изменилось. В газетах прошли репортажи об учиненных им жестоких репрессиях, его заклеймили тираном. Надо попробовать исправить дело.
Французская пресса легко идет на подкуп, и вот уже на ее страницах публикуется серия хвалебных статей о его стране и его правительстве. Но все же реноме восстановить не удается. Он испытывает жгучее возмущение людьми, которые унизили и оскорбили его, захлопнув перед ним двери своего дома. Весьма кстати, на его взгляд, оказывается прозвучавший в Сараево выстрел, на таком фоне события в его стране быстро забудутся.
И снова приходит телеграмма с родины — поднял восстание генерал Вальтер Хофман, возглавлявший Совет Министров.
Глава Нации спешит вернуться в страну.
Но на этот раз он не просто действует по привычным правилам — преследовать, схватить, расстрелять, а в соответствии с моментом пытается сформировать общественное мнение, в своих публичных выступлениях, как обычно отличающихся витиеватостью речевых оборотов, языковой напыщенностью, он называет Хофмана, имеющего германские корни, олицетворением прусского варварства, которое расползается по Европе. «Мы — метисы, и гордимся этим!» — беспрестанно повторяет Глава Нации.
Наконец мятежники оттеснены в район гнилых трясин, где Хофман и находит свою погибель.
Официальная пропаганда провозглашает победителя Миротворцем и Благодетелем Отечества.
Европейская война взвинтила цены на бананы, сахар, кофе, гуттаперчу. Никогда еще государство не знало такого благоденствия и процветания. Захолустный городишко превращается в полноправную столицу.
К празднованию столетия независимости Глава Нации счел нужным преподнести стране Национальный Капитолий, сооруженный по американскому образцу. Однако жизнь дорожает, нищета углубляется и тайная оппозиция набирает силу. Покушение на Главу Нации вызывает очередную волну террора и преследований, но с силами сопротивления справиться не удается. Полиции приходится иметь дело с весьма подвижным, осведомленным, инициативным и коварным противником.
По стекающейся информации выходит, что во главе зачинщиков находится Студент, выдвинувшийся во время прошлых волнений в университете, народная молва представляет его защитником бедных, врагом богачей, бичом лихоимцев, патриотом, возрождающим подавленный капитализмом дух нации. Полиция с ног сбилась, разыскивая столь легендарную личность.
Наконец Студент схвачен, и Глава Нации хочет лично встретиться с тем, о ком столько говорят.
Он несколько разочарован: перед ним худой, хилый, бледнолицый юноша, но в глазах видна сила характера и решимость. Президент настроен благодушно: до чего же наивны эти молодые люди, да если они будут насаждать социализм, то через сорок восемь часов увидят на улицах североамериканскую морскую пехоту. Впрочем, можно даже позавидовать высоким порывам, в юности он тоже подумывал о подобных вещах.
Глава Нации приказывает беспрепятствено выпустить пленника из дворца.
Окончание войны в Европе Глава Нации воспринимает как подлинное бедствие, эпоха процветания сменяется экономическим спадом, ширится стачечная борьба.
Когда вспыхивает народное восстание, Главу Нации тайком вывозят из города в карете «скорой помощи» и при содействии консула США переправляют за границу.
Самым большим потрясением для свергнутого диктатора становится то, что его секретарь и доверенное лицо доктор Перальта оказался в стане противника.
Экс-президент коротает дни в мансарде парижского дома, полноправной хозяйкой которого стала Офелия, богатая сумасбродка, ушедшая в богему.
Он воспринимает себя выпавшим из окружающей жизни, его тяготит безделье, слабеет здоровье. Его скромное жилище благодаря усилиям верной мажордомши Эльмиры превращено в утолок родины: висит любимый гамак, звучат записанные на патефонные пластинки народные песни, на плите, переделанной в креольский очаг, готовятся национальные блюда.
Когда нападает тоска, Офелия любит забегать к отцу, а еще сюда часто наведывается Чоло Мендоса. За время дипломатической службы бывший посол путем мошенничества и воровства сумел сколотить себе состояние, да и у экс-президента очень даже солидный счет в швейцарском банке. С мстительным удовлетворением экс-президент следит за деятельностью своего преемника доктора Луиса Леонсио Мартинеса, тот не в состоянии решить ни одного вопроса, растет недовольство тех, кто возвел его к власти. «Скоро военный переворот, — злорадствует экс-президент, — сюрпризом это не будет». Но жизненные силы его угасают, и вот уже старый диктатор находит успокоение в могильном склепе на кладбище Монпарнас. | | 12 | Айзек Азимов (Isaac Asimov) 1920—1994 | Сами боги (The Gods Themselves) | Земля. Вторая половина XXI в. Довольно заурядный молодой радиохимик Фредерик Хэллем случайно обнаруживает, что в запыленной колбе с этикеткой «Вольфрам» вдруг оказалось какое-то другое вещество. Спектрометрический анализ показывает, что это изотоп плутония, который теоретически не может существовать, вдобавок выясняется, что радиоактивность вещества постоянно возрастает и оно испускает позитроны, несущие необычно высокую энергию. Хэллем предлагает единственно возможную гипотезу: если вещество, которое не может существовать согласно физическим законам нашей вселенной, все-таки существует, следовательно, прежде оно находилось в параллельной вселенной, где эти законы иные. Через некоторое время становится ясно, что жители параллельной вселенной — пара-люди — сознательно осуществляют обмен веществом между вселенными, который может происходить бесконечно с выделением энергии в обеих вселенных. Таким образом, Земля получает источник необыкновенно дешевой, безопасной и экологически чистой энергии, получивший название Электронного Насоса, и Хэллем становится благодетелем человечества, которое и не подозревает, что основная часть как теоретической, так и практической работы была проделана другими учеными.
Но через несколько десятков лет молодой историк науки Питер Ламонт приходит к выводу, что работа Электронного Насоса представляет колоссальную угрозу для нашей вселенной. Подобно тому как температуры двух тел выравниваются вследствие второго закона термодинамики, работа Электронного Насоса ведет к выравниванию свойств двух вселенных, основное отличие которых состоит в величине сильных ядерных взаимодействий: в нашей вселенной они гораздо слабее, чем в параллельной, и постепенное их возрастание в конечном счете должно привести к взрыву Солнца и всей нашей ветви галактики. Ламонт бросается со своими идеями от Отца Электронного Насоса, который, в сущности, вышвыривает его за дверь, к высокопоставленным чиновникам, но никто не хочет видеть того, чего видеть не хочет.
Тогда Ламонт пытается вступить в контакт с паралюдьми и убедить их остановить Насос. Из паравселенной несколько раз поступали куски фольги с символами и чертежами, которые не поддавались расшифровке — слишком различны способы мышления землян и пара-людей. Ламонту помогает Майрон Броновский, известный переводом этрусских надписей. Они отправляют в паравселенную послания на земном языке, надеясь отыскать ключ к парасимволам, и в конце концов Броновский получает ответ — написанное корявыми земными буквами слово «страх», а вскоре вслед за этим два других послания, из которых следует, что Насос действительно несет в себе опасность, но паравселенная не может его остановить. Ламонт, который уже сам не понимает, что для него важнее — спасти человечество или просто доказать свою правоту, доказать, что Отец Электронного Насоса — дутая величина, не может использовать эти послания как свидетельства — его неминуемо обвинят в подделке. Его единственный союзник выходит из игры, подытожив все происходящее цитатой из Шиллера: «Против глупости сами боги бессильны».
На одной из планет паравселенной, в мире, непредставимом для землянина, обитают два типа живых существ — Жесткие и Мягкие.
Жесткие имеют постоянную форму тела, состоящего из плотного вещества, и непрозрачную оболочку. Ткани Мягких сильно разрежены, форма тела изменчива, они умеют струиться, выбрасывать протуберанцы, расстилаться и утолщаться — все это потому, что они живут в мире с большой величиной межатомного взаимодействия,поэтому атомы, составляющие их тело, могут находиться на большом расстоянии друг от друга. Мягкие непременно должны существовать триадами, в которых каждая из составляющих — рационал, пестун и эмоциональ — обладает определенными качествами, обеспечивающими гармонию и функцию триады. Рационал (левник) — носитель интеллекта, эмоциональ (серединка) — чувств, пестун (правник) — инстинкта заботы о потомстве. Части триады периодически вступают в процесс, называемый синтезом, в котором их тела разреживаются, материя перемешивается, происходит обмен энергией и сознанием. Все трое при этом становятся единым целым, чувства и сознание растворяются в чистой радости бытия. Синтез длится много суток, потом каждый из троих снова становится самим собой. В некоторых случаях во время синтеза происходит размножение — завязывается почка. Каждая триада должна произвести на свет троих детей, которые почти не отличаются друг от друга в раннем возрасте, но потом приобретают свойства рационала, пестуна и эмоционали. Повзрослевшие дети расстаются с родителями (до этого момента они находятся под неусыпным наблюдением пестуна), а потом комбинируются в новые триады. Триада кончает свое существование в процессе, который называют «переходом^.
И Мягкие и Жесткие живут в пещерах и питаются, поглощая энергию в форме теплового излучения. Жесткие, у которых есть машины, приборы и библиотеки, обучают рационалов, а пестуны и эмоционали в обучении не нуждаются.
В отличие от остальных эмоционалей Дуа, серединка триады Уна (рационала) и Тритта (пестуна), умеет по-настоящему мыслить, ее интересует то, что эмоционалей интересовать не должно — это даже считается неприличным. Необыкновенно развитая интуиция помогает ей понять многое, недоступное аналитическому разуму рационалов. Она узнает от Уна, что Насос, дающий энергию ее миру, грозит гибелью другой вселенной. Но Жесткие не собираются останавливать Насос, планете не хватает энергии, а Насос представляет опасность только для Земли, а для их мира работа Насоса ведет лишь к ускорению остывания и без того давно остывающего солнца. Дуа не может смириться с этой мыслью. Она ненавидит Жестких еще и потому, что приходит к ужасному выводу: Мягкие — это просто самовоспроизводящиеся машины, созданные Жесткими для развлечения, а переход означает смерть. Она проникает в пещеры Жестких, неуловимая, поскольку может проникать в камень, растворяться в его материи, и находит послания с Земли. Она так же неспособна расшифровать их, как и Жесткие, но она улавливает заключенные в символах эмоции. Именно Дуа и отправляет на Землю те послания, которые получают Ламонт и Броновский. Она едва не гибнет от истощения, но ee спасают, и тут она узнает, что ошибалась — Мягкие не машины, а начальная стадия развития Жестких. Переход — это последний синтез, в результате которого формируется триединая особь Жесткого, и чем незаурядней составляющие, тем более выдающаяся личность получается в процессе синтеза. ун, Тритт и Дуа синтезируются в последний раз.
С группой туристов на Луну прилетает Бен Деннисон, который когда-то подавал большие надежды как ученый, но имел неосторожность пренебрежительно высказаться о будущем Отце Электронного Насоса, чем и обрек себя на безвестность. Так же как и Ламонт, он пришел к мысли об опасности Насоса. Деннисон летит на Луну в надежде возобновить исследования в области паратеории. Он знакомится с Селеной Линдстрем, которая оказывается не просто гидом, а интуисткой — человеком с необычайно развитой интуицией, — работающей вместе с известным физиком-лунянином Невиллом. Селена дает идеи, а Невилл разрабатывает их и держит уникальные способности Селены в тайне, потому что страдает паранойей и боится землян. Несмотря на то что лунная колония образовалась сравнительно недавно, между Луной и Землей существует некоторый антагонизм. У жителей Луны уже сформировался определенный физический тип, они стареют гораздо медленнее, чем земляне, которых они презрительно называют «земляшками». Большинство лунян не испытывают ни ностальгии, ни почтения к прародине и стремятся к полной независимости от Земли — ведь Луна способна полностью обеспечить себя всем необходимым. Деннисон с помощью Селены начинает эксперименты, результаты которых избавляют человечество от нависшей над ним опасности, подтверждают блестящую идею и заодно реабилитируют опального Ламонта. Суть идеи Деннисона в том, что существует бесчисленное множество вселенных, поэтому среди них нетрудно найти такую, которая противоположна по свойствам пара-вселенной. Эта антипаравселенная должна представлять собой то, что называют «космическом яйцом» с очень слабыми ядерными взаимодействиями и неимоверной плотностью. Деннисону удается, изменяя массу пи-мезонов, «просверлить дыру» в космовселенную, из которой тут же начинает просачиваться вещество, несущее энергию, которую можно использовать. И если Земля начнет получать энергию двойным способом — с помощью Электронного Насоса и протечек из космо-вселенной, то физические законы в земной вселенной останутся неизменными, они будут меняться только в паравселенной и кос-мовселенной. Причем и для той и для другой это не представляет опасности, потому что паралюди будут получать энергию от Насоса, компенсируя ускорение остывания их солнца, а в космовселенной жизни быть не может.
Итак, человечество преодолевает очередной кризис. Питер Ламонт наконец обретает заслуженную славу, Деннисону предлагают любое место в любом земном университете или учреждении, но он остается на Луне и принимает предложение Селены стать отцом ее ребенка. | | 13 | Айрис Мердок (Iris Murdoch) р. 1919 | Черный принц (The Black Prince) | Текст книги Брэдли Пирсона «Черный принц, или Праздник любви» обрамлен предисловием и послесловием издателя, из коих следует, что Брэдли Пирсон умер в тюрьме от скоротечного рака, который открылся у него вскоре после того, как он закончил рукопись. Желая восстановить честь друга и снять с него обвинение в убийстве, издатель и опубликовал этот «рассказ о любви — ведь история творческих борений человека, поисков мудрости и правды — это всегда рассказ о любви... Всякий художник — несчастный влюбленный, а несчастные влюбленные любят рассказывать свою историю».
В своем предисловии Брэдли Пирсон рассказывает о себе: ему пятьдесят восемь лет, он писатель, хотя опубликовал всего три книги:
один скороспелый роман, когда ему было двадцать пять, еще один — когда ему было за сорок, и небольшую книжку «Отрывки» или «Этюды». Свой дар он сохранил в чистоте, что означает, кроме прочего, отсутствие писательского успеха. Однако его вера в себя и чувство призванности, даже обреченности, не ослабели — скопив достаточно денег для безбедной жизни, он ушел с поста налогового инспектора, чтобы писать, — но его постигла творческая немота.«Искусство имеет своих мучеников, среди них не последнее место занимают молчальники». На лето он снял домик у моря, думая, что там наконец его молчание прорвется.
Когда Брэдли Пирсон стоял над запакованными чемоданами, готовясь уехать, к нему вдруг после долгих лет пришел его бывший шурин Фрэнсис Марло с известием, что его бывшая жена Кристиан овдовела, вернулась из Америки богатой женщиной и жаждет встречи. За годы, что Брэдли его не видел, Фрэнсис превратился в толстого, грубого, краснолицего, жалкого, чуть диковатого, чуть безумного, дурно пахнущего неудачника — его лишили диплома врача за махинации с наркотиками, он пытался практиковать как «психоаналитик», сильно пил и теперь хотел с помощью Брэдли устроиться жить у богатой сестры за ее счет. Брэдли еще не успел чыкинуть его за дверь, как позвонил Арнольд Баффин, умоляя тотчас приехать к нему: он убил свою жену.
Брэдли Пирсон крайне озабочен тем, чтобы его описание Баффина было справедливым, ибо вся эта история представляет собой историю отношений с ним и трагической развязки, к которой они привели. Он, уже небезызвестный писатель, открыл Арнольда, когда тот, работая учителем английской литературы в школе, только заканчивал свой первый роман. Пирсон прочел рукопись, нашел для нее издателя и опубликовал похвальную рецензию. С этого началась одна из самых успешных литературных карьер — с денежной точки зрения: каждый год Арнольд писал по книге, и продукция его отвечала общественным вкусам; слава и материальное благополучие пришли своим чередом. Считалось, что Брэдли Пирсон завидует писательскому успеху Арнольда, хотя сам он полагал, что тот достигает успеха, поступаясь искусством. Их отношения были почти родственными — Пирсон был на свадьбе у Арнольда и в течение двадцати пяти лет почти каждое воскресенье обедал у Баффинов; они, антиподы, представляли друг для друга неистощимый интерес. Арнольд был благодарен и даже предан Брэдли, но суда его боялся — возможно, потому, что у него самого, неуклонно опускавшегося на дно литературной посредственности, жил в душе такой же строгий судия. И сейчас Пирсону жжет карман рецензия на последний роман Арнольда, которую никак нельзя назвать хвалебной, и он колеблется, не в силах решить, как с ней поступить.
Пирсон и Фрэнсис (врач, хоть и без диплома, может оказаться полезным) едут к Арнольду. Его жена Рэйчел закрылась в спальне и не подает признаков жизни. Она соглашается впустить одного лишь Брэдли; она избита, рыдает, обвиняет мужа в том, что тот не дает ей быть собой и жить собственной жизнью, уверяет, что никогда не простит его, и не простит Брэдли того, что он видел ее позор. Осмотр фрэнсиса Марло показал, что опасности для жизни и здоровья нет. успокоившись, Арнольд рассказал, как по ходу ссоры он случайно ударил ее кочергой, — ничего страшного, такие скандалы нередки в браке, это необходимая разрядка, «другой лик любви», а в сущности они с Рэйчел — счастливая супружеская пара. Арнольд живо интересуется возвращением в Лондон Кристиан, что очень не понравилось Брэдли Пирсону, который не выносит сплетен и пересудов и хотел бы забыть о своем неудачном браке. По дороге домой, размышляя, то ли остаться на воскресный обед, чтобы естественная неприязнь Баффинов к свидетелю не закрепилась и отношения уладились, то ли бежать из Лондона как можно скорее, он увидел в сумерках юношу в черном, который, бормоча монотонные заклинания, бросал под колеса машин какие-то белые лепестки. При ближайшем рассмотрении юноша оказался дочерью Баффинов Джулиан — она исполняла ритуал, призванный помочь забыть возлюбленного: рвала в клочки письма и разбрасывала их, повторяя: «Оскар Беллинг». Брэдли знал ее с пеленок и питал к ней умеренный родственный интерес: своих детей он никогда не хотел. Джулиан здоровается с ним и просит стать ее учителем, ибо она хочет писать книги, причем не так, как отец, а так, как он, Брэдли Пирсон.
На другой день Брэдли решил все-таки уехать, но стоило ему взять в руки чемоданы, как в дверь позвонила его пятидесятидвухлетняя сестра Присцилла — она ушла от мужа, и ей некуда деваться. Присцилла в истерике; слезы сожаления по загубленной жизни и оставленному норковому палантину льются рекой; когда Брэдли вышел поставить чайник, она выпивает все свои снотворные таблетки. Брэдли в панике; приходит Фрэнсис Марло, а потом и Баффины — всей семьей. Когда Присциллу увозит карета «скорой помощи», Рэйчел говорит, что здесь была еще и Кристиан, но, сочтя момент для встречи с бывшим мужем неблагоприятным, ушла в сопровождении Арнольда «в кабак».
Присциллу выписали из больницы в тот же вечер. О том, чтобы уехать немедленно, не может быть и речи; и перед Брэдли вплотную встает проблема Кристиан. Он воспринимает бывшую жену как неизменного демона своей жизни и решает, что, если Арнольд и Кристиан подружатся, он разорвет отношения с Арнольдом. А встретившись с Кристиан, повторяет, что не хочет ее видеть.Поддавшись уговорам Присциллы, Брэдли едет в Бристоль за ее вещами, где встречается с ее мужем Роджером; тот просит развода, чтобы жениться на своей давней любовнице Мэриголд — они ждут ребенка. Ощутив боль и обиду сестры как собственные, Брэдли, напившись, разбивает любимую вазу Присциллы и сильно задерживается в Бристоле; тогда Кристиан увозит Присциллу, оставленную на попечение Рэйчел, к себе. Это приводит Брэдли в неистовство, тем более сильное, что сам виноват: «Я не отдам вам мою сестру, чтобы вы тут жалели и унижали ее». Рэйчел увозит его утешать и кормить обедом и рассказывает, как сильно сблизились Арнольд и Кристиан. Она предлагает Брэдли начать с ней роман, заключив союз против них, убеждает, что роман с ней может помочь и его творческой работе. Поцелуй Рэйчел усиливает его душевную смуту, и он дает ей прочесть свою рецензию на роман Арнольда, а вечером напивается с Фрэнсисом Марло, который, трактуя ситуацию по Фрейду, объясняет, что Брэдли и Арнольд любят друг друга, одержимы друг другом и что Брэдли считает себя писателем только для того, чтобы самоотождествиться с предметом любви, то есть Арнольдом. Впрочем, он быстро отступает перед возражениями Брэдли и сознается, что на самом деле гомосексуалист — он сам, Фрэнсис Марло.
Рэйчел, неуклонно осуществляя свой план союза-романа, укладывает Брэдли в свою постель, что заканчивается анекдотически: пришел муж. Убегая из спальни без носков, Брэдли встречает Джулиан и, желая половчее сформулировать просьбу никому не рассказывать об этой встрече, покупает ей лиловые сапожки, и в процессе примерки при взгляде на ноги Джулиан его настигает запоздалое физическое желание.
Зайдя навестить Присциллу, Брэдли из разговора с Кристиан узнает, что на его домогательства Рэйчел пожаловалась Арнольду; а сама Кристиан предлагает ему вспомнить их брак, проанализировать тогдашние ошибки и на новом витке спирали опять соединиться.
Выбитый из колеи нахлынувшими воспоминаниями о прошлом и последними событиями, томимый острой потребностью сесть за письменный стол, пристроив как-то Присциллу, Брэдли забывает о приглашении на вечеринку, устроенную в его честь бывшими сотрудниками, и забывает о своем обещании побеседовать с Джулиан о «Гамлете»; когда она приходит в назначенный день и час, он не может скрыть удивления. Тем не менее он экспромтом читает блистательную лекцию, а проводив ее, вдруг понимает, что влюблен. Это был удар, и он сбил Брэдли с ног. Понимая, что о признании не может быть и речи, он счастлив своей тайной любовью. «Я очистился от гнева и ненависти; мне предстояло жить и любить в одиночестве, и сознание этого делало меня почти богом... Я знал, что черный Эрот, настигший меня, единосущен иному, более тайному богу». Он производит впечатление блаженного: одаряет Рэйчел всем, что можно купить в писчебумажном магазине; мирится с Кристиан; дает Фрэнсису пять фунтов и заказывает полное собрание сочинений Арнольда Баффина, чтобы перечитать все его романы и найти в них не увиденные ранее достоинства. Он почти не обратил внимания на письмо Арнольда, в котором тот рассказывает о своих отношениях с Кристиан и намерении жить на две семьи, к чему и просит подготовить Рэйчел. Но упоение первых дней сменяют муки любви; Брэдли делает то, чего не должен был; открывает Джулиан свои чувства. И она отвечает, что любит его тоже.
Двадцатилетняя Джулиан не видит иного пути развития событий, кроме как объявить о своей любви родителям и пожениться. Реакция родителей незамедлительна: заперев ее на ключ и оборвав телефонный провод, они приезжают к Брэдли и требуют оставить в покое их дочь; с их точки зрения, страсть похотливого старика к юной девушке можно объяснить только сумасшествием.
На другой день Джулиан бежит из-под замка; лихорадочно размышляя, где можно скрыться от праведного гнева Баффинов, Брэдли вспоминает о вилле «Патара», оставляет Присциллу, сбежавшую от Кристиан, на Фрэнсиса Марло, и, буквально на секунду разминувшись у своих дверей с Арнольдом, берет напрокат машину и увозит Джулиан.
Их идиллию нарушает телеграмма от Фрэнсиса. Не сказав о ней Джулиан, Брэдли связывается с ним по телефону: Присцилла покончила с собой. Когда он вернулся с почты, Джулиан встречает его в костюме Гамлета: она хотела устроить сюрприз, напомнив о начале их любви. Так и не сказав ей о смерти Присциллы, он наконец впервые овладевает ею — «мы не принадлежали себе... Это рок».
Ночью в «Патару» приезжает Арнольд. Он хочет увезти дочь, ужасается тому, что она не знает ни о смерти Присциллы, ни подлинного возраста Брэдли, передает ей письмо от матери. Джулиан остается с Брэдли, но, проснувшись утром, он обнаруживает, что ее нет.
После похорон Присциллы Брэдли днями лежит в постели и ждет Джулиан, никого не впуская к себе. Он делает исключение только для Рэйчел — ей известно, где Джулиан. От Рэйчел он узнал, что было в письме, привезенном Арнольдом: там она описала «свою связь с
Брэдли» (это была идея Арнольда). Пришла же она, кажется, только затем, чтобы сказать: «Я думала, что и вам понятно, что в моей семейной жизни все в порядке», Брэдли рассеянно берет в руки письмо Арнольда о намерении жить на две семьи, и в этот момент в дверь звонит рассыльный, принесший собрание сочинений Арнольда Баффина. Рэйчел успела прочесть письмо — с диким криком, что не простит этого Брэдли никогда, она убегает.
Брэдли с яростью рвет принесенные книги.
Письмо от Джулиан приходит из Франции. Брэдли немедленно засобирался в дорогу; фрэнсис Марло отправляется за билетами.
Звонит Рэйчел и просит немедленно приехать к ней, обещая рассказать, где Джулиан; Брэдли едет. Рэйчел убила Арнольда той самой кочергой, которой он в свое время ее ударил. В убийстве обвиняют Брэдли Пирсона — все против него: хладнокровные показания Рэйчел, изорванное собрание сочинений, билеты за границу...
В послесловии Брэдли Пирсон пишет, что более всего его удивила сила чувств Рэйчел. Что же касается выдвинутых обвинений — «Я не мог оправдаться на суде. Меня наконец-то ждал мой собственный, достаточно увесистый крест... Такими вещами не бросаются».
Завершают книгу четыре послесловия четырех действующих лиц.
Послесловие Кристиан: она утверждает, что именно она бросила Брэдли, ибо он не мог обеспечить ей достойной ее жизни, а когда она вернулась из Америки, домогался ее, и что он явно сумасшедший: считает себя счастливым, хотя на самом деле несчастен. И к чему вообще столько шума вокруг искусства? Но для таких, как Брэдли, только то и важно, чем они сами занимаются.
Послесловие Фрэнсиса Марло: он изощренно доказывает, что Брэдли Пирсон был гомосексуален и испытывал нежность к нему.
Послесловие Рэйчел: она пишет, что книга лжива от первого до последнего слова, что Брэдли был влюблен в нее, отчего и выдумал небывалую страсть к ее дочери (подмена объекта и обыкновенная месть), и что она искренне сочувствует сумасшедшему.
Послесловие Джулиан, которая стала поэтессой и миссис Беллинг, представляет собой изящное эссе об искусстве. Об описанных же событиях лишь три короткие фразы: «...это была любовь, неподвластная словам. Его словам, во всяком случае. Как художник он потерпел неудачу». | | 14 | Айрис Мердок (Iris Murdoch) р. 1919 | Дитя слова (A Word Child) | Хилари Бэрду сорок один год. Он работает «в государственном департаменте — неважно каком», в чиновничьей иерархии, если не считать машинистки и клерка, стоит на самой низкой ступеньке; живет в неуютной квартирке, которая служит ему лишь «местом для спанья», не пытаясь ее обустроить или даже просто как следует убрать. Он слепо следует рутине — «с тех пор, как потерял всякую надежду на спасение», — ибо «рутина... исключает мысль; размеренное же однообразие дней недели вызывает ублаготворяющее сознание полной подчиненности времени и истории». (Главы книги называются как дни недели: «четверг», «пятница» и т. д.) уик-энды для него ад, а отпуска он берет только из боязни пересудов и просто прячется в своей норе, по большей части пытаясь спать.
Итак, субботы он неизменно посвящает своей сестре Кристел, пятью годами моложе его. Она живет в тесной квартирке на захудалой улочке Норс-Энд-роуд, тоже одинока, пытается зарабатывать шитьем. Отцы у них с Кристел были разные, и они не знали своих отцов. Их мать умерла, когда Хилари было около семи лет, а Кристел была совсем крошкой, но еще раньше, чем мальчик смог понять значение этого слова, ему объяснили, что его мать — шлюха. Детей взяла к себе сестра матери, но скоро отослала Хилари в приют, разлучив с сестрой и внушив ему на всю жизнь, что он «плохой» — плохой мальчишка, которого нельзя дома держать. Ни о тете Билл, ни о приюте Хилари не может вспоминать без содрогания — не столько из-за голода и побоев, но потому, что его никто не любил, — поцарапанного жизнью мальчика, утвердившегося в злобе и обиде, с ощущением неизлечимой раны, нанесенной несправедливой судьбой.
Собственно, репутация «плохого» была им заслужена — он был сильным и драчливым; прекрасно развитый физически, он стремился подчинить себе других с помощью грубой силы; ему нравилось бить людей, нравилось ломать вещи; он ненавидел весь мир — за себя, за Кристел, за мать. В двенадцать лет он впервые предстал перед судом для несовершеннолетних, и затем неприятности с полицией возникали регулярно. В эти годы Кристел была для него всем — сестрой, матерью, единственной надеждой, едва ли не Господом Богом. Он не отделяет Кристел от себя и любит ее, как себя самого. И спасли его тогда два человека: Кристел и школьный учитель Османд, сумевший разглядеть у него блестящие способности к языкам. Османд был первым человеком, внимательно и заинтересованно отнесшимся к подростку, на которого все махнули рукой; и тот выучил сначала французский, затем латынь, затем древнегреческий и, конечно же, свой родной язык. Он открыл для себя слова — и это стало его спасением;
как о других говорят «дитя любви», о нем можно было бы сказать «дитя слова». Он начал вдохновенно учиться и настолько преуспел, что отправился в Оксфорд — первый из всех поколений учеников школы, где учился, и получил там все премии, на которые мог претендовать. Оксфорд изменил его, но в то же время показал, как трудно ему измениться, — глубокое невежество и беспросветное отчаяние стали частью его существования; настоящих друзей он не завел, был обидчив, нелюдим и вечно боялся совершить ошибку. Он старался компенсировать это успехами на экзаменах — старался ради себя и ради Кристел, мечтая, как сестра поселится с ним в Оксфорде и они навсегда покончат с беспросветностью, в которой выросли. Но, став уже преподавателем, Хилари Бэрд вынужден был подать в отставку. Это был крах; с тех пор он прозябает, не желая — или не в силах — наладить свою жизнь, и лишь сестра (считает он) удерживает его от самоубийства.
(В департаменте, где служит Хилари Бэрд, готовятся ставить рождественскую пантомиму по «Питеру Пэну» — истории о мальчике, который не хотел взрослеть; об этом много говорят; а статуя Питера Пэна в Кенсингтонских садах — одно из любимейших мест Хилари.)
По понедельникам Бэрд проводит вечер у Клиффорда Ларра, бывшего своего соученика по Оксфорду, который сейчас служит с ним в одном учреждении, но стоит на служебной лестнице гораздо выше. Ларр, по его собственным словам, коллекционирует странности, к каковым причисляет и Хилари Бэрда; он с трогательным восхищением относится к тому факту, что его сестра Кристел — девственница. На службе они делают вид, что незнакомы, храня целомудренное молчание о страшных тайнах друг друга. Именно Ларр уговорил его сдать одну из комнат своей квартиры Кристоферу, своему бывшему любовнику (он гомосексуалист). Кристофер, в ранней юности глава рок-группы, одна из песен которой вошла в топ-десятку Великобритании, теперь увлекается «поисками Бога» и наркотиками.
По вторникам Бэрд проводит вечер у Артура Фиша — он служит в том же учреждении и подчиняется Бэрду, а кроме того, влюблен в Кристел и хочет жениться на ней.
Среда — «это мой день для самого себя» — так говорит Бэрд своей любовнице Томми, с которой проводит пятницы, когда она хочет увеличить количество встреч с ним до двух в неделю. Как правило, вечер среды проходит в баре на платформе метро «Слоан-сквер» либо «Ливерпул-стрит», которые были для него «местом глубинного общения с Лондоном, с истоками жизни, с пропастями смирения между горем и смертью».
По четвергам он обедает у Лоры и Фредди Импайеттов, где парой бывает и Клиффорд Ларр, а возвращаясь домой, заходит к Кристел, чтобы забрать оттуда Артура, который в этот вечер ужинает у нее.
Эти люди и составляют ту «рутину», которой он ограничил свою жизнь.
Размеренное течение жизни этого человека в футляре нарушает странное событие — к нему начинает приходить цветная девушка. Она полуиндианка, ее имя Александра Биссет (она просит называть себя Бисквитиком), и цели своих визитов она не объясняет. Одновременно он узнает, что их департамент должен возглавить новый начальник — Ганнер Джойлинг. Двадцать лет назад он был преподавателем Бэрда в Оксфорде; не без его поддержки Бэрд был выбран членом совета колледжа и тоже стал преподавать; он был одним из главных действующих лиц драмы, разыгравшейся тогда. У Бэрда возник роман с его женой Энн (это была его первая любовь); «человек безудержных страстей привлекателен только в книгах» — эта любовь никому не принесла счастья. Когда Энн пришла проститься, желая закончить отношения, ибо Ганнер узнал об их связи, Бэрд решил увезти ее. В машине она сказала, что беременна, причем ребенок Ганнера и он знает об этом. Бэрд, не отпуская ее, в ярости и горе жал на газ, машину занесло, она столкнулась со встречной. В результате автокатастрофы Энн умерла. Хилари выжил, но был раздавлен духовно; он чувствовал себя убийцей; он утратил самоуважение и с ним — способность управлять своей жизнью. Это был крах — не только для него, но и для Кристел. Он подал в отставку, Ганнер тоже. Ганнер стал политиком, потом государственным чиновником, приобрел имя и известность, снова женился... И вот жизнь опять свела их, и прошлое, куда более живое и яркое, чем настоящее, нахлынуло на Хилари Бэрда.
Бисквитик оказывается горничной второй жены Ганнера Джой-линга, леди Китти; она приносит Хилари письмо от своей хозяйки с просьбой встретиться с ней для разговора о том, как помочь ее мужу избавиться от призраков прошлого. Встреча состоялась; Китти просит Хилари поговорить с Ганнером, который до сих пор не преодолел в себе горя и ненависти.
Погруженный в собственные страдания и чувство вины, Хилари только теперь понимает, что страдал не он один. Он соглашается. Кроме того, он влюбляется в леди Китти.
Неожиданно Кристел, которой он рассказывает все это, резко противится его встречам с Ганнером и леди Китти, умоляя его уйти в отставку и покинуть Лондон. Чувствуя, что не убедила его, она признается, что двадцать лет назад любила Ганнера и в ночь после катастрофы, когда Энн умерла, а Хилари выжил, она, утешая Ганнера, пришла к нему в комнату и потеряла с ним невинность. Именно поэтому она отказала Артуру Фишу, не в силах раскрыть ему прошлого, а не потому, как думал Хилари, что дороже брата для нее ничего нет, а он в глубине души не хочет этого брака.
Влюбившись в леди Китти, Хилари Бэрд письмом разрывает помолвку с Томми, которой под влиянием минуты обещал жениться на ней, к чему Томми всеми силами стремится, ибо действительно беззаветно его любит. Она не хочет примириться с разрывом, преследует его письмами, приходит к нему домой; он ночует в гостинице, не отвечает на письма и всячески дает понять, что между ними все кончено.
Первый разговор с Ганнером не приводит к желаемому результату; лишь после встречи с Кристел Ганнер оттаял и они смогли поговорить по-настоящему; им кажется, что разговор принес облегчение и прошлое потихоньку начинает их отпускать.
В то же время «футляр» Хилари Бэрда начинает постепенно разрушаться. Выясняется, что Лора Импайетт и Кристофер уже год состоят в связи, используя Хилари как ширму. Однажды Кристофер и его друзья накачали Хилари и Лору наркотиками, она не вернулась домой, муж искал ее у Хилари, и «чтобы все разъяснить», в очередной четверг Лора устраивает громкое выяснение отношений между Фредди, Хилари и Кристофером, в результате чего Хилари отказывают от дома, — его четверги высвобождаются; а Кристофер наконец буквально выполняет то, что не раз выкрикивал ему Хилари: «Убирайся!» Он съезжает с квартиры.
Томми тоже буквально выполняет неоднократное пожелание Хилари оставить его в покое: она приходит проститься, объявив, что выходит замуж.
Клиффорд Ларр, узнав от Хилари о Ганнере и Кристел, воспринимает это неожиданно болезненно, мчится к низвергнутому кумиру —Кристел — и оскорбляет ее; Хилари настигает его, происходит драка. Когда через некоторое время Хилари приходит в квартиру Клиффорда, то узнает от его наследников, что Ларр покончил с собой.
Утешая Кристел, Хилари обещает не встречаться больше с Джойлингами, уехать с ней из Лондона и поселиться вместе где-нибудь в сельской глуши. Ему нужно лишь в последний раз увидеться с леди Китти, потому что он уже обещал, и проститься с ней навсегда.
Их встреча происходит на причале, неподалеку от дома Джойлингов. Вдруг, обнимая Китти, Хилари видит Ганнера. «Я сейчас убью его», — произносит Ганнер, но с причала падает Китти. Он прыгает следом за нею. Она умирает в больнице от переохлаждения — до прихода спасательного катера слишком долго пробыла в ледяной декабрьской воде Темзы.
В газетах не появилось имени Хилари Бэрда в связи с этой историей — он выплыл сам, вдалеке от катера. На этот раз он не стал рассказывать Кристел всего. Двадцать лет назад он допустил, что смерть Энн всей своей тяжестью обрушилась на сестру, но когда все так страшно повторилось, понял, что жестоко возлагать на нее еще и этот груз. Впервые в жизни он отделил Кристел от себя. Кристел вышла замуж за Артура.
Бисквитик, получив наследство после смерти леди Китти, вышла замуж, за Кристофера.
Томми покаялась, что отправила Ганнеру анонимное письмо — о том, что Хилари Бэрд влюблен в его жену. «В своей наивности Томми породила встречу, вследствие которой погибла Китти, Кристел вышла замуж и двойное вечное проклятие искорежило мою жизнь и жизнь Ганнера».
Под звон рождественских колоколов Томми решительно говорит Хилари, что намерена выйти за него замуж. | | 15 | Акутагава Рюноскэ 1892-1927 | Ворота Расёмон Новелла (1915) | Однажды под вечер некий слуга, уволенный хозяином, пережидал дождь под воротами Расёмон. Усевшись на верхней ступеньке, он то и дело трогал чирей, выскочивший на его правой щеке. Хотя ворота стояли на центральной улице, никого, кроме этого слуги, под ними не было, только на круглом столбе сидел сверчок. В течение последних двух-трех лет на Киото одно за другим обрушивались бедствия — то ураган, то землетрясение, то пожар, то голод — вот столица и запустела. В заброшенных воротах Расёмон теперь жили лисицы и барсуки. В них находили приют воры. Повелось даже приносить и бросать сюда трупы. После захода солнца здесь делалось как-то жутко, и никто не осмеливался подходить близко к воротам.
Слуга, которому было некуда податься, решил подняться в башню над воротами и посмотреть, можно ли там укрыться на ночь. Боязливо заглянув внутрь башни, он увидел там старуху. Присев на корточки, она при свете лучины вырывала волосы у одного из трупов. Слуга бросился на старуху, скрутил ей руки и сердито спросил, что она здесь делает. Перепуганная старуха объяснила, что вырывает волосы на парики. Она уверена, что женщина, у которой она рвала волосы, когда вошел слуга, не осудила бы ее, ибо сама она при жизни разрезала змей на полоски и продавала дворцовым стражникам, выдавая за сушеную рыбу. Старуха не считала, что эта женщина поступала дурно — ведь иначе она умерла бы с голоду. Старуха рвала волосы у трупов на парики для того, чтобы избежать голодной смерти — значит, ее поступок тоже нельзя считать дурным. Рассказ старухи вселил в слугу, который прежде готов был скорее умереть с голоду, чем стать вором, решимость. «Ну, так не пеняй, если я тебя оберу! И мне тоже иначе придется умереть с голоду», — зарычал он и сорвал со старухи кимоно. Сунув его под мышку, он сбежал вниз по лестнице, и с тех пор его никто не видел. |
|
|